Поединок соперниц

Лишь горстка самых упорных мятежников укрылась где-то в лесах на севере графства. Они не смирились, и было ясно, что едва потеплеет, вновь будет литься кровь и мирного сева ожидать не придется. Потом пришла весть, что войска короля вошли в Норфолк, и все графство застыло, ожидая, что это за собой повлечет.

Время шло к Рождеству — стояли самые короткие дни в году, рассветало поздно, а темнело вскоре после полудня. В один из дней я отправила людей в лес за ягодами мирта, так как пора было готовить святочные свечи. Когда они вернулись, мы уже подготовили формочки для свечей. Ведь как бы ни складывались дела, люди всегда ждут Рождество и связывают с ним свои надежды. Поэтому в башне Хэрварда царило оживление, мужчины говорили о замеченном на болотах огромном вепре, а значит, у нас на святки будет великолепная кабанья голова, как в старину на йоль. Я слушала эти речи, и душа моя всколыхнулась. Йоль. Эдгар… Я заставила себя отвлечься.

Принесенные ягоды мирта, добавленные в пчелиный воск, придают особый аромат святочным свечам. Так всегда делали в Святой Хильде. Я велела нагреть над огнем ягоды, чтобы вытопить сок в котелок с пчелиным воском. Потом этим составом заполнили специальные формочки, аккуратно поместив в них фитили.

— Думаю, свечи у нас получатся на славу, — улыбаясь, говорила я собравшимся вокруг женщинам и детям. — Я не заметила ни единого пузырька воздуха, который бы испортил наши труды.

Внизу хлопнула дверь. Это вернулись с дозора Утрэд и его люди. Стряхивали снег с сапог, садились у огня. С холода у них был зверский аппетит, они дружно стучали ложками по мискам с ячменной кашей и ломтиками жареного угря. Один Утрэд словно не испытывал голода, ел медленно, порой как-то странно поглядывая на меня.

Я поняла, что у него есть какие-то новости, и, когда он насытился, мы расположились в нише окна, подальше от остальных.

— Сегодня я видел Пенду. Похоже, у графа Эдгара серьезные неприятности.

По мере того как он говорил, мое сердце начинало биться сильнее и сильнее.

Король гневался на зятя, что тот не сумел справиться с волнениями, более того, он подозревал, что Эдгар, сакс по рождению, попросту потворствует мятежникам. А подобное вполне могли приравнять к измене короне. Вроде королю донесли на Эдгара, и донес не кто иной, как графиня Бэртрада. Поэтому Генрих прислал разобраться во всем своих племянников, Блуаских братьев, Стефана Мортэна и Генри, епископа Винчестерского. Поговаривают, что Стефан в хороших отношениях с Эдгаром, но сейчас у него есть приказ короля, и он так и сказал графу Норфолку — если тот не сумеет оправдаться, он должен будет отвезти его под охраной в Лондон для суда.