Сон дядюшки Фрейда

– Чревоугодие, ярость, похоть, жадность, уныние или лень, гордыня, зависть.

– Чушь! – фыркнул лысый мужчина в очках. – Не убий, не укради…

– Это заповеди, – остановила я незнакомца.

Тот сильно покраснел.

– Ерунда. По-твоему, лишить человека жизни не грех? Не смей перечить умному человеку.

– Мудрый тут один, и это отнюдь не Владимир Якунин, – отбрил Борис Валентинович, – полагаю, нам не стоит заводить теологические споры. Ты не спец в религии.

– И что? – возмутился лысый. – А она доктор церковных наук?

– Смертный грех может спровоцировать нарушение любой заповеди, – не удержалась я. – Позавидовали соседу, который подписал выгодный контракт, и убили его. Загордились и перестали уважать родителей, все взаимосвязано.

Владимир скривил губы.

– Долго прикажете выслушивать философские бредни блондинки?

– Вы правы, лучше узнать, зачем мы все тут сегодня собрались, – нараспев произнес хозяин. – Итак! Каждый из вас заядлый грешник, вы достали своих близких, стали им поперек горла, семья поняла: чтобы избежать большого скандала, паршивую овцу лучше изолировать от общества. Каждый из стоящих здесь перешел грань, отделяющую человека от чудовища: убил себе подобного или сделал еще что похуже. Вы все из семей богатых, влиятельных, знаменитых людей. Ваши мужья-жены, братья-сестры, отцы-матери боятся огласки, опасаются за свою репутацию, поэтому не бросились в полицию, а обратились ко мне. Я буду воспитывать вашу душу.

– Ошизеть! – завопил Вадим. – Что за …! Не собираюсь тут жить! Мне нужно в Милан на неделю моды, я дизайнер! Вчера я вам прямым текстом сказал: «Мне тут делать нечего!»

Я ощутила беспокойство. Парень впал в истерику, он явно хочет покинуть Волчью пасть, но ведь те, кто подписывается на ролевую игру, с удовольствием участвуют в ней. Хотя, вероятно, Вадим нанятый актер, он сейчас работает по сценарию.

– Срок освобождения зависит от вас, – спокойно пояснил Борис, – как только я увижу, что человек избавился от греха, его увезут на вокзал и отправят, куда он хочет. Кое-кто за год осознает свои ошибки, другому и намного больший срок мал.

– Как Ферапонтовой, – прошелестел Гарри, – она давно тут кукует, прислугой стала, а ведет себя, будто вчера приехала."

"– Ужасно, – занервничала пожилая дама с седыми кудряшками. – Вчера я так оторопела, что ничего не сказала, а сейчас говорю: вы не имеете права нас здесь насильно удерживать. Мой хозяин Макар Федосеевич от вашей конторы камня на камне не оставит.

– Уважаемая Нинель Павловна, именно Макар и определил вас сюда, – остановил ее Борис, – могу показать подписанный им договор.

– Нет, – попятилась дама, – не верю! За что меня лишать свободы? Я ангел! В жизни не совершала ничего дурного.