Хорошие манеры Соловья-разбойника

Семья, где нас будет трое, тоже не вариант. Или он вдовец. Одну супругу до смерти довел, а я не желаю стать второй жертвой. Мне нужен молодой, никогда не женатый сирота. Такие обычно не имеют собственного жилья, но может парень и с квартирой попасться. Но мне вообще такой не нужен.

Я удивилась.

– Молодой, никогда не состоявший в браке, без детей, со своей квартирой, и не подходит? Да почему?

– Откуда у него миллионы на квадратные метры? – прищурилась Краузе. – Папочка небось подарил! Не хочу связываться с тем, кто за счет родителей существует, с лентяем, белоручкой!

– Вариант, что он сам на квартиру заработал, не рассматривается? – спросила я."

"– Нет! – топнула ногой няня. – Если кто-то огреб кругленькую сумму в подходящем для женитьбы на мне возрасте, то о чем это говорит? Это мошенник! Честным путем вагон денег не заработаешь. И вообще, если жилье до брака приобретено, то при разводе жену просто выпрут! Нет! Нужно самой двушку купить. А где деньги найти?

– Ипотека, – пришел мне в голову самый простой выход.

– Это рабство, – отмахнулась Краузе, – я родилась свободной и такой же останусь.

– Ну, тогда я не знаю, – сдалась я.

– Эзотерический массаж! – вдруг выпалила Краузе. – Пяткопрессура медными гвоздями.

Я вздрогнула.

– Что?

– Сейчас покажу, – засуетилась Краузе, – прибор я уже купила.

– Какой? – спросила я.

– Пяткопрессур! – заявила няня.

Я пошла за Розой Леопольдовной в ее комнату и увидела деревянную доску для раскатки теста, из нее торчали острые железки.

– Вот он! – радостно заявила няня. – Весь комплект за сорок семь тысяч. Окупится за пять дней, потом станет приносить прибыль. Признан лучшим бизнес-проектом прошлого года.

Я удержала на лице улыбку. За дощечку, в которую воткнули вязальные спицы, требуют почти пятьдесят тысяч? И впрямь выгодно продавать это дамам-энтузиасткам, такая торговля дает отличный доход. Небось на создание сего прибора потратили рублей пятьсот.

– Действуем так! – потерла руки Роза Леопольдовна. – У нас сидит в гостиной клиентка.

– Кто? – попятилась я.

– Алина, – объяснила Краузе, – репетитор, которой я крем подарила. Мое первое произведение от Франчизки. Помните Алину?

– Да, – кивнула я. – Зачем вы ее пригласили?

Краузе вздохнула.

– Средство для лица ей понравилось, но потом на коже появились синие пятна, вроде усов Макса.

– У него полоска, – пробормотала я.

– У Алины пятна, как советские пятачки, – уточнила няня. – Она вежливая, воспитанная, не ругалась, просто позвонила и спросила: «Я похожа на синего леопарда. Возможно, это аллергия. Нет ли от этого средства какого?»

Краузе подпрыгнула.