Солнце ночи

Макаров залпом допил оставшееся виски. Он мрачнел все больше.

— А откуда вы знаете эту историю? — спросила я с любопытством. — Из газет? Из книг?

Макаров мрачно покосился на меня:

— Фамилия одной из моих прабабок Рахумовская. Она была дочерью того самого ювелира.

— И что с ним было дальше? С этим ювелиром?

— Ничего, — ответил Макаров отрывистым тоном. — Рахумовский умер в нищете и безвестности. А почему? Потому, что был честным человеком. — Криво ухмыльнулся и добавил: — Запомните, коллега: в наших российских широтах честность и талант — убийственное сочетание!

— Мне-то это зачем, — ответила я, пожимая плечами. — Особыми талантами Бог не наградил!

— Завидую, — обронил Макаров.

В дверь постучали. Макаров одним движением смел с поверхности стола недопитую бутылку виски:

В кабинет стремительно вошла дама, которую я видела вечером в ресторане отеля. Тогда мне не удалось как следует разглядеть ее лицо. Я только отметила великолепное вечернее платье. Сейчас я отметила ее привлекательную внешность. О ней можно было сказать «холеная». Она выглядела намного моложе своих лет. Думаю, ей было немного за сорок. Увидев даму, Макаров мгновенно подобрался, как тигр перед прыжком. Не могу сказать, почему, но мне показалось, что ему неприятно ее видеть.

Дама, впрочем, тоже не выразила восторга от встречи с коллекционером. Ее брови были нахмурены, глаза метали молнии.

— Нам нужно поговорить, — бросила она на ходу Макарову.

Тот уже овладел собой и приподнялся навстречу гостье:

— Дорогая моя! Конечно! Боже мой, как вы прекрасно выглядите!

Дама втянула носом воздух, многозначительно прищурилась:

— Я смотрю, у вас праздник?

— Небольшой, — сознался Макаров. — Мы с коллегой отметили день рождения Леонардо да Винчи.

— А разве его день рождения сегодня?

— А разве вы сами его не отмечаете? — чистосердечно удивился хозяин галереи.

Я взяла со стола ноутбук и, не прощаясь, пошла к дверям. Как говорится, не смею мешать…

— Вот еще! — полетел мне в спину возглас дамы. — Буду я заниматься такими глупостями! Мне собственный день рождения некогда отметить!

— О! Дорогая моя, вы мне нравитесь! — зажурчал вкрадчивый голос Макарова. — Люблю решительных и красивых женщин!..

Я вышла из кабинета и плотно прикрыла дверь. Если не ошибаюсь, здесь происходит обработка клиента. А это значит, что в моей помощи коллега ничуть не нуждается.

Шофер ждал меня в машине. Я села на прежнее место, положила ноутбук рядом с собой и сказала:

Шофер молча кивнул и тронул машину с места.

По дороге я раздумывала над впечатлением, которое произвел на меня хозяин галереи. Впечатление было двойственным.

С одной стороны, Макаров — человек ехидный, язвительный, неискренний и скользкий. Но с другой — он профи высокого класса.