Солнце и луна

Ах, как бы я хотела бегать по лугу! И почему летом я всегда на сносях?

– Потому что долгими зимними ночами находятся другие, еще более приятные занятия.

Грэхем обнял и поцеловал жену. Джоанна тихо засмеялась, что-то шепча ему на ухо. Глядя, как они нежничают, Филиппа смутилась и отвернулась. Она вдруг ощутила себя третьей лишней и поспешно соскочила с ограды.

– Я, пожалуй, пройдусь немного. После двух дней в седле хочется как следует размять ноги.

– Пройдемся вместе, – предложил Грэхем, словно угадав ее мысли.

– Я бы предпочла побыть одна.

– В таком случае приятной прогулки!

Девушка кивнула и пошла через луг по высокой траве, клонившейся под легким ветерком. День догорал, вечерняя свежесть уже ощущалась в напоенном ароматами воздухе. Пастбища перемежались засеянными полями, образуя что-то вроде лоскутного одеяла в буро-зеленых тонах. Справа, в неглубокой долине, виднелись крыши деревни Истингем, еще позолоченные закатным солнцем, впереди раскинулся фруктовый сад, за ним поблескивал пруд с рыбами, а дальше тянулись густые леса.

В душе Филиппа всегда была горожанкой. Поместье в Оксфордшире, семь лет назад полученное в подарок от отца, приносило доход, позволявший покупать дорогие редкие книги, но она никогда не бывала в Линли – на словах потому, что доверяла управляющему, а на деле из-за деревенской скуки.

Однако теперь ее влекли к себе ровные ряды заботливо ухоженных фруктовых деревьев. Здесь ничто не оскорбляло ее врожденной точности и аккуратности. Некоторое время девушка медленно шла меж деревьев, глубоко дыша и слушая по-вечернему приглушенный птичий пересвист, потом это ей наскучило, и она повернула назад. На краю сада она помедлила, глядя на Джоанну и Грэхема, так и сидевших на ограде в полном одиночестве. Ладонь мужа лежала на выпуклом животе жены. Вот он вздрогнул, вероятно, ощутив движение ребенка, и оба они счастливо засмеялись.

Филиппа замерла за деревом, даже дыхание ее пресеклось.

Она могла бы сейчас сидеть рядом с Грэхемом, чувствуя шевеление четвертого ребенка в своем чреве. Если бы он не встретил Джоанну, все пошло бы так, как хотел отец. Вот и хорошо, что встретил! Расторжение помолвки принесло ей облегчение, даже благодарность судьбе, ведь это означало, что она получит не только обещанное поместье, но и шанс продолжить обучение в Оксфорде без такого ярма на шее, как муж и дети. Впереди ее ожидала жизнь, о которой большинство женщин могло разве что мечтать, особенно женщин знатных, чьим уделом были замужество, материнство и долгие годы вышивания шелком у окна. Филиппа ничего не чувствовала к Грэхему Фоксу тогда, в первые дни их знакомства, да и теперь видела в нем разве что друга, однако была вынуждена признаться самой себе, что из него вышел замечательный муж и отец.