История «Солнечного Ветра»

Да не кладите, а на попа ставьте! Нет, не рядом, а на расстоянии! Ещё дальше!

Когда колонки были поставлены так, как надо, генерал Хорват наклонился к одной из них и прикоснулся пальцем к какой-то потаенной кнопке. И тут же на всех четырех углах каждой колонки загорелись маленькие красные огоньки.

— Ух ты! — воскликнул Миша. — И что дальше? Где музыка?

— Одну минуточку… — Генерал Хорват вновь полез в свой портфель и вытащил оттуда такую же серебристую штучку, формой и размерами напоминающую футляр для очков. На её поверхности рядами располагалось множество выпуклостей, на которых чёрным были изображены цифры, буквы латинского алфавита, а также разные непонятные значки.

— Так-так… — пробормотал глава семейства. — Эх, надо было все записать… Сейчас-сейчас… только вспомню, как включать… Кстати, эта штучка пульт называется. При её помощи можно включать и выключать музыку, выбирать мелодию, делать тише и громче… Ах, вот же эта кнопка!

Он нажал на кнопку, и прямо в воздухе перед его лицом появился призрачный список примерно из двух десятков строчек. Семейство дружно ахнуло. Дмитрий Леонидович ещё несколько раз нажал на кнопки пульта и… зазвучала музыка. Незнакомая, но прекрасная. В которой легко узнавалось аргентинское танго. Но какое поразительное было качество звука!

Семейство генерала Хорвата буквально застыло, разинув рты. Они были потрясены. Звук был живым, объемным, как в концертном зале.

Молча сидели они и слушали музыкальную композицию. Потом началась следующая, и это была мелодия вальса. Глава семейства вновь нажал на какую-то кнопку, и музыка прекратилась.

Несколько мгновений все молчали. Затем Камилла Альбертовна прошептала:

— Это восхитительно… Это… это просто невероятно…

— А ты, маменька, все «граммофон, граммофон»! — сказал Миша. — Ерунда этот граммофон!

Камилла Альбертовна согласно кивнула и улыбнулась.

— Где ты раздобыл это чудо? — спросила она у супруга."

"— Да не я раздобыл, — ответил он, весьма довольный произведенным эффектом. — Это мадам Ника вместе с помощником расстарались. Когда я сказал про граммофон, люди Серегина лишь посмеялись, и вот сегодня доставили мне вот это… — Он кивнул на колонки. — Это произведено в мастерских «Неумолимого». Как оказалось, уже некоторое время один из людей господина Серегина из числа его первоначальных подчинённых занимается тем, что приобретает в мире семьдесят шестого года пластинки с музыкальными записями высокого качества, не чета тем, что в нашем времени были, и затем на специальном студийном оборудовании переписывает с них произведения на кристаллы памяти цивилизации пятого уровня.