Солнечное сердце (СИ)

Какие бы проблемы ни имел Рэй, он всё равно оставался третьим принцем Аккрийским, членом правящего рода Огненного Архипелага, а я — обыкновенной человеческой девушкой без капли магии. У дракона была невеста, от которой он не спешил отказываться. Я могла бы предложить назвать меня наложницей (до полного ритуала слияния жизни оборотни вполне спокойно относились к такому положению дел, хотя в обществе это и не одобрялось) — но Рэйден чётко показал, что не желает этого делать. Совсем.

В голове нет-нет, но и всплывали воспоминания о нашем единственном поцелуе, и я всякий раз ёжилась от горько-солёного привкуса во рту.

Зачем я его тогда поцеловала? Нависла ещё над ним, зная, что он не сможет особенно-то сопротивляться, будучи в инвалидном кресле. Какая же я была дура, что восприняла наш поход в гору как свидание! Что навоображала себе симпатию, когда он усадил на колени, а это было обыкновенной заботой. Рэйден просто слишком хорошо воспитан…

Я чувствовала себя безответно влюблённой рыбкой-прилипалой, которая никак не может взять себя в руки и перестать вздыхать, тихонечко подглядывая за объектом любви. То, что, как выяснилось, Рэй ещё умеет готовить на уровне профессионального шеф-повара, стало ещё одной гирькой на весах идеального мужчины в его пользу.

Если бы он только не был женихом Саяки…

Если бы он только захотел изменить отношение к себе…

Если бы он только…

Рэйден промолчал. Как я и предполагала, с его уст не сорвалось даже предложения фиктивной наложницы. Вместо этого он лишь шумно вздохнул и уставился сквозь витражное окно на звёздное небо.

— Знаешь, почему эту ночь называют Ночью Перерождения?

Я пожала плечами. Нет, не представляю.

— Потому что считается, что магия перерождается. Боги распишут небо яркими красками, и у каждого существа будет треть деления клепсидры на то, чтобы обратиться к ним с заветным желанием.

— Боги распишут небо? — заворожённо повторила я, раздумывая, что это может означать, но Рэй лишь нетерпеливо мотнул головой:

— Смотри. Небо зацветает!

И я посмотрела."

"Никогда в жизни не видела северного сияния… Какое же оно, оказывается, ослепительное!

Чернильно-синее небо расцвело в ярких тонах, словно кто-то пролил палитру на весь небосвод. Зелёные, перламутровые, аметистовые и коралловые оттенки словно бутоны появлялись то тут, то там и мерцали в воздухе, создавая неповторимое волшебство. Симфония огня и цвета! Время замедлило бег, и каждая секунда ощущалась как вечность.

— Как же краси-и-иво, — выдохнула я, не в силах поверить, что вижу чудо собственными глазами.

Где-то сбоку раздался мягкий смешок Рэя.

— Каждый год смотрю на небо в Ночь Перерождения и каждый раз словно впервые.