Утомленное солнце

Под Сталинградом нет густых лесов, как в Белоруссии и под Вязьмой. Лесостепь – плохое укрытие для сбитого летчика. Если немцы организуют преследование, то уйти от них невозможно. Так что или смерть, или плен, чего Артем боялся больше всего. Советские солдаты в плен не сдаются, а если ты все же попал в лапы к немцам, то тебя сразу же заклеймят как предателя Родины. Как будто летчик не может упасть на землю в бессознательном состоянии. Как будто в плену немцы выдают офицерам пистолет с одним патроном, чтобы он мог застрелиться…

Погода в этот день была неважная. Облачно, ветер, мелкий дождь. Трудно рассмотреть, что творится на земле, зато меньшая вероятность столкнуться с противником.

В эфире молчание. Немцы прослушивают разговоры, даже пеленгуют источник сигнала. Артему это ни к чему. Он шел низко над землей. Но не забывал оглядываться на ведомых. И вовремя заметил, что третий номер покачивает крыльями: оказалось, он засек ни много ни мало целый немецкий аэродром. В дымке тумана с трудом, но угадывался расплывчатый силуэт взлетно-посадочной полосы.

Артему нужна точная информация о самолетах противника. И все же он удержался от желания подойти к аэродрому поближе. Если немцы увидят советские самолеты, они поймут, что раскрыты.

Он повернул назад. Вернулся на свой аэродром. Дабы не терять времени, прямо на самолете подрулил к штабу. И сразу на доклад к командиру. Ткнул пальцем в квадрат на карте.

– Аэродром противника. Сколько самолетов, не знаю…

– А может, это вовсе не аэродром? – резонно спросил Дудин. – Или аэродром, но ложный…

– Возможно, – не стал настаивать на своем Артем. – Надо было подойти поближе, но не хотел быть обнаруженным. К тому же если это был ложный аэродром, то и самолеты там были бы ложные. Я бы обнаружил макеты, а как их от настоящих отличить? Видимость плохая…

– Да, задача… Надо докладывать в штаб армии. – Если примут решение послать «Илы» или «пешки», я их поведу. Покажу направление, прикрою, если что…

– Ну, смотри, если аэродром липовый, голова будет в кустах. Если настоящий, то грудь в крестах… А докладывать все равно надо…

Уже через два часа Артем поднимался в воздух, чтобы возглавить группу из шести самолетов. Подошел к аэродрому, с которого взлетали штурмовики.

«Илы» были уже не те, что в начале войны. Более мощные двигатели, более сильное вооружение. И, главное, кабина теперь делилась на два отсека, в задней находился стрелок с пулеметом."

"Штурмовиков было восемь. Не так уж и много для успешной атаки аэродрома. В предыдущем вылете Артем должен был произвести разведку боем, выявить зенитные средства противника. Сейчас ударная группа знала бы, на что идет. Зато был бы потерян эффект внезапности.

А так этот эффект сработал.