Солги мне на удачу

Для переговоров или встреч выделить отдельную гостиную рядом, допустим… Да, надо обсудить, пожалуй… Хорошая идея.

Отвлечь себя от мандража успешно удалось, едва мысли переключились на моего жениха. Признаться честно, я не уставала удивляться, как ему удалось разбудить во мне такой вулкан эмоций. Во мне бурлила энергия, которой вполне хватало, чтобы даже после самого насыщенного дня еще провести восхитительные несколько часов в неге и страсти, не обделяя моего мужчину вниманием. Иногда мы вообще, как подростки, прятались по углам и целовались, целовались, не в силах утолить жажду, а потом до вечера разбегались по своим делам. И ох, как же это бодрило и заряжало! Мои чувства становились лишь крепче с каждым днем, и это ничуть не пугало, как я в глубине души опасалась когда-то.

А вот и тронный зал. Большие двери, украшенные позолоченной резьбой и накладками из перламутра, около них почетный караул в парадной форме, застывший с непроницаемыми лицами. Я остановилась, сделав глубокий вдох, и створки медленно распахнулись, словно по невидимому сигналу. Мой взгляд сразу остановился на кресле с мягкой спинкой и сиденьем, над которым на стене висел герб страны. Всего каких-то пара десятков шагов, и я стану законной правительницей. Аж мурашки по спине… Внезапно резко накатило осознание, что через несколько минут я в самом деле стану королевой. В груди что-то испуганно-радостно екнуло, но на лице не отразилось ни одной эмоции. Я шла, уверенно ступая на темно-зеленую ковровую дорожку, подходя все ближе, и взгляд отмечал и Себастьяна, не скрывавшего гордой улыбки – за меня, и Даррена, неотразимого в темно-синем с золотом камзоле. И Армана с другой стороны, и хотя по его лицу невозможно было прочесть ничего, я отметила мелькнувшую в глазах затаенную тоску. Ничего, переживет, время лечит.

А рядом со ступеньками стояла невысокая сухонькая пожилая женщина с добрым лицом, в традиционных свободных одеждах голубого цвета и держала на бархатной подушке изящный венец, элегантный и строгих линий. Переплетение золотой оправы походило в самом деле на венок, усыпанный бриллиантами, белыми и редкими желтыми, но аляповато это не выглядело. Венец сиял, переливался, притягивал взгляды всех, и вскоре он должен был оказаться на моей голове. Я подошла к ступеням, всего на мгновение остановилась, задержав дыхание, а потом начала подниматься, и волнение как-то разом улеглось, остались лишь спокойствие и уверенность, что справлюсь. Ведь рядом будет любимый мужчина, и тот, кто поддержал в сложную минуту и не отвернулся, мой отец.

Я развернулась, окинула взглядом гостей, и в первых рядах – конечно, Франсин, мою старшую фрейлину.