Солдат и пес. Книга 1

Это известие ошеломило двухгодичника. Главное — неизвестно куда!

— Погоди, — обалдело сказал он прапорщику Симакову, местному жителю (прапоры почти все были аборигены). — Как это — неизвестно?

— Да так вот, — тот развел руками. — Он же не наш, не здешний… Жена у него наша, да, жаровская. Где познакомились, хер их знает! Он сюда и переехал, к ней. Уж лет, поди, пятнадцать, как.

— А сам он откуда родом?

— А не знаю, врать не буду.

— М-мм… И что, вот так сорвались и уехали?

— Да как х…ем сдуло! Никто ничего понять не успел. За два дня дела сдал, Тоньку свою в охапку, и только их и видели.

— К нему, выходит, поехали?

— Тоже не знаю. Не интересовался. У меня вон, от своих забот башка как ведро.

Далее Богомилов выяснил, что завхозом стала супруга младшего лейтенанта Горбенко…

— Это, впрочем, неважно, — сказал он. — А вот другое…

— Странное совпадение, — кивнул я.

— Вот именно! Именно. Ну как так? Как⁈ Только он собрался мне поведать что-то очень важное…

По всем загадочным повадкам Николая Николаевича это было видно. И вдруг на тебе! Он с семьей точно сбежал отсюда поскорее. От чего? От кого?.. Неизвестно.

— А вы не пробовали еще с кем-то из местных поговорить?

— Ну как же не пробовал! Да толку ноль. Все одно и то же: зачем уволился? Не знаем. Куда уехал?.. Не знаем. Какая муха его укусила?..

— Не знаем, — сумрачно закончил я.

— Ну и… все это не просто странно, это немного тревожно, согласись.

— Согласен, — сказал я.

Но я согласен и с тем, что тревога тревогой, а служба службой, и что говорить о том навсегда незавершенном разговоре нечего. Богомилов и не стал. Быстро втянулся, заботы завертели его, а когда выпал выходной, он решил прогуляться.

— Ну и черт меня понес в забегаловку… есть тут такая.

Не очень давно местные власти решили открыть летнее кафе — желая, видимо, способствовать культурному отдыху горожан. Было в те времена такое поветрие. И названия этим заведениям давали сказочно-романтические. В данном случае — «Бригантина». Но увы, вскоре стало ясно, что романтика не вывозит, и без продажи дешевого спиртного кафе будет убыточным. Там стали разливать пиво, вина типа портвейна и плодово-ягодных, в результате чего «Бригантина» стала центром притяжения самой непрезентабельной публики с самыми неэстетичными сопутствующими явлениями. Неизвестный остряк перекрестил трактир в «Рыгантину» — грубо, но метко. Еще кто-то подвесил прозвище «зверинец» — тоже прижилось… Вот в этот самый зверинец и направил стопы лейтенант, так как других точек продажи разливного пива в городке не было, а бутылочного днем с огнем не найти. В те годы оно было дефицитом, если и появлялось, то расхватывалось в полчаса.