Соль под кожей. Том второй (СИ)

Зачем? У Валерии Ван дер Виндт нет богатого отца, который устроит ему беспрепятственный подъем по карьерной лестнице, ее должность хоть и довольно высока для таких лет, но все же полностью в подчинении Завольского-старшего. С точки зрения выгоды, я ни о чем. А Сергей всегда и во всем ищет выгоду, особенно — в женщинах. Даже если с каменной рожей переступает через их рыдающие тела.

Возвращаюсь к переписке с Риной.

Пропускаю длинную череду его матерных сообщений о том, что я высказала пренебрежение на тему его «упаковки». Читаю только последних два.

Сергей: Короче, ты вообще полностью не права! И должна извиниться!

Сергей: Тогда можем увидеться в четверг или пятницу, я подумаю, где и как.

Я ничего не отвечаю, рассудив, что этот его высер как раз самое что ни на есть подходящее многоточие для того, что я собираюсь сделать. Особенно на тему «обязательных извинений».

На входе в огромный павильон — два охранника, и сбоку топчется еще парочка. На мероприятиях такого уровня обычно много местной элиты, так что меры безопасности должны соответствовать. Особенно после инцидента месячной давности, когда на модную фотовыставку забежала толпа активисток и с лозунгами «Нет живодерне!» щедро, с ног до головы, залили модниц зеленкой и йодом. Фотки о том «зверском отношении к гламурным самкам» до сих пор иногда всплывают в моем инстаграм.

Внутри — небольшое обустроенное под холл помещение с ровными рядами вешалок.

Мне выдают номерок и запускают в основное помещение.

Я нарочно приехала с опозданием в час, чтобы к тому времени набилась приличная толпа, в которой можно будет легко потеряться. Народа где-то около сотни голов, а еще официанты, столы, разные стойки со специями на продажу и «леса» искусственных растений, чтобы хоть как-то облагородить явно непригодное, насквозь продуваемое помещение. Мне нужна пара минут, чтобы осмотреться в поисках парочки мест, куда я, в случае чего, смогу спрятаться. Хотя здесь это не должно составить проблему — углов и странных зигзагообразных архисекретных решений более, чем достаточно.

И когда я, выбрав подходящий наблюдательный пункт, начинаю незаметно осматривать собравшихся, то натыкаюсь… на Угорича.

Твою мать.

Успеваю отвернуться в самый последний момент, потому что его голова, как нарочно, поворачивается как раз в мою сторону.

А этот что здесь делает?!

Я знаю Угорича еще с тех пор, как в буквальном смысле ходила пешком под стол. Но даже тогда он не уставал повторять, что все эти «заморские деликатесы» — еда для свиней, потому что нормальному человеку в голову не придет добровольно пихать в себя устриц, жаб и жареных до хруста сверчков. Фестиваль, где из нормального «мяса» в ассортименте только охранники у входа — точно не то место, где его можно было бы встретить.