Соль под кожей. Том второй (СИ)

Потом у него начали расти аппетиты, появились политические амбиции и он буквально за считаные годы резко взлетел по карьерной лестнице: сначала попал в помощники к депутату, потом всплыл в департаменте экономики и финансов, а потом успешно прошел в парламент, правда, со второй попытки. Задержался там на несколько созывов, а потом спокойной ушел, осев на должности главы крупного государственного фонда, где сидит по сей день и может сидеть буквально столько, что уволится только «вперед ногами». Конечно, во всей этой «красивой» карьерной истории не могло быть все гладко, но каким-то образом ему в основном удавалось избегать крупных скандалов и в коррупционных расследованиях его имени редко когда уделяли больше одного абзаца.

Если бы в голое Наратова была хоть капля мозгов (настоящих, а не того ватазаменителя, которым набит его череп, глаза не вывалились внутрь), он бы никогда не помогал Угоричу с деньгами, он бы никогда даже не не взглянул на другую телку и тем более, не стал бы придумывать историю с «воскрешением Валерии Гариной». Хорошо, что он тупой, но очень самоуверенный баран.

— Валерия Дмитриевна? — раздается над моей головой сухой мужской голос.

Я поднимаю голову, окидываю взглядом крупного мужчину в стандартном черном костюме. Видимо, охранник Новака. Через час после моего звонка его помощнице, она снова мне перезвонила и назвала время и место, где он сможет со мной встретиться. «Но только десять минут, Николай Александрович очень занятой человек», — добавила с каким-то благоговейным придыханием, как будто Новак в эту минуту стоял у нее над головой и отсчитывал премиальные.

Для встречи Новак выбрал маленький парк у озера — не очень людное место, с минимумом посетителей в это, уже довольно прохладное время года. Совершенно очевидный выбор — не светиться же с почти непонятной девочкой в людном месте?

— Добрый день, — поднимаюсь со скамейки и забрасываю сумку на плечо.

— Прошу прощения, но я вынужден… — Он выразительно протягивает руку к моей сумке."

"— Без проблем.

Жду, пока он бегло ее осмотрит, потом так же спокойно переношу унизительную процедуру обыска, к счастью, длящуюся всего несколько секунд. Только после этого охранник отходит в сторону и сопровождает меня до стоящего неподалеку Новака, за спиной которого на небольшом расстоянии трутся еще двое таких же громил.

— Валерия, ради бога, простите за эту вынужденную меру. — Новак берет мою руку и галантно ее целует. — Сами знаете, в какое неспокойное время мы живем.

— Ваши охранники такие профессионалы, что я даже не успела почувствовать, как нарушили мои личные границы, — шучу я, давая ему понять, что я согласилась бы и на бОльшее, ради встречи с ним. Нет ничего плохого в том, чтобы еще немножко раздуть пузырь его эго.