Соль под кожей. Том первый (СИ)

Надо взять эту похотливую тварь в такие клещи, чтобы без моего разрешения боялся снять трусы даже чтобы подмыть жопу.

— Я видела эти снимки собственными глазами!

— Валерия, пожалуйста… — скулит он.

— И, знаешь что?! У меня теперь глубокая моральная травма на всю оставшуюся жизнь!

— Прошу, хватит, прекрати…!

Он сползает на пол, обхватывает голову руками и начинает тихо выть, как собака, которую незаслуженно поколотили палкой. С той лишь разницей, что эта псина заслужила каждый удар. И еще легко отделалась с учтем того, что ситуация еще только начинает раскручиваться, и одному богу известно, какая правда всплывет следующей.

Я делаю глубокий вдох, давая чувствам прийти в норму.

Хрен с ним, с этим слизняком. Это лишь малая часть той порки, которую он в действительности заслужил, но уже гораздо больше, чем в состоянии выдержать его беспомощное и мягкое пингвинье тельце. Если в моем кабинете Андрея разобьет инсульт — ситуацию это точно не облегчит.

— Перестань реветь, ты мешаешь мне думать.

Андрей закрывает рот ладонью — он уже несколько раз так делал, когда ситуация полностью выходила из-под контроля. Впервые — в тот день, когда я взяла его «на горячем» в одном ночном клубе, где он весело и в удовольствие проводил время вместе со своими пороками. Сначала распушал перья, пытался меня запугать, а когда я вывалила ему всю заранее подготовленную подноготную — забился в угол, закрыл себе рот руками и несколько минут просто раскачивался из стороны в сторону. Совсем как ребенок, оставленный, без фонарика и ночника, наедине со своим страхом темноты.

Если бы так делал кто-то из важных мне людей — я бы обязательно докопалась до причины. Но это — Андрей Завольский, трус и слабак, безвольная марионетка в руках своего отца и друзей. Что в общем никак не умаляет его «вклад» в смерть моей Александра Гарина, его жены и его единственной дочери. Чем больше он будет трястись — тем крепче я прижму его к ногтю. В конце концов, я ведь тоже планирую использовать его в своих целях."

"Идею о том, что раскрыть папаша глаза мог сам Андрей, отметаю сразу. Он слишком сильно его боится. Кто-то из конкурентов? Денежный оборот «ТехноФинансов» достиг таких «жирных» сумм, что на него наверняка точит зуб парочка мастодонтов в опасном море большого бабла. Так что и такой вариант нельзя сбрасывать со счетов, хотя в таких делах обычно действуют более грубо и прямо. Например, как с моим отцом — сразу группа захвата, липовое заседание о мере пресечения и СИЗО. А тут кто-то заморочился накопать целый компромат на Андрюшеньку.

— Что он сказал? — Андрей снова переходит на шепот. — Отец. Он теперь…

— О, а я разве не сказала? Он собирался стать многодетным отцом, порвав тебя на тысячу мелких засранцев.