Соль этого лета (СИ)

Он следит за тем, как напрягается мой квадрицепс, когда я жму на педаль. Тут же зажмуривается.

— Где желает обедать моя королева? — ухмыляюсь я.

— Мне вс""e равно. Не хочу никуда… — расстроенно.

— Понял. Исправим.

Отрицательно качает головой."

"— Ну хочешь, я даже твои углеводы есть буду? Как тебе идея с кондитерской?

Поджимая губы, прячет улыбку.

— Я просто… Не хочу сейчас к людям, Марат. Ты покушай, а я в машине посижу.

— Ну, посиди, — поворачиваю на стоянку.

Закупаю пакет вкусняшек, беру нам кофе. Через окно вижу, как она выходит из машины. Курит… Смотрит в одну точку. Пальцы подрагивают.

Быстро расплатившись картой, выхожу к ней. Вытягиваю из пальцев сигарету. Глядя ей в глаза, докуриваю одной затяжкой. Выбрасываю в урну.

— Отвези меня к подруге, пожалуйста. И можешь своими делами заниматься.

— Я ими и занимаюсь. Как туфли?

— Оо… — с досадой закрывает ладонью глаза. — Ты прости, пожалуйста. Выбило меня это вс""e! Я и поблагодарить забыла. Спасибо!

— Нет, спасибо теперь мало, Алёна Максимовна. Благодари компанией.

Беру её за руку. Сжимаю кисть, не веря, что у меня наконец-то сомнительный, но карт-бланш. Тяну в сторону парка.

— Какая пара! — встречает нас на входе фотограф. — Может, фотосессию?

Поднимает фотоаппарат, ловит нас в объектив.

На мгновение торможу. Я бы хотел…

— Нет… Нет! — панически шепчет Ал""eна, утыкаться носом мне в плечо.

Ну, ладно.

Щелчок… Алёна дёргается. Рефлектор перехватываю её за талию, прижимая к себе.

Она прячет лицо на моей шее. Это так кайфово!

— Девушка не хочет, — предупреждающе рычу на него.

— Понял! — улыбаясь, капитулирует.

Губы горят. Очень хочу поцелуй! Но Ал""eна уже сбегает на дистанцию. Опять ловлю её пальцы.

Стоять! Не отпущу…

— На катамараны иди на колесо обозрения?

Поднимает голову вверх, разглядывая колесо.

Не целовать! Едва держу себя в руках, зависнув на чуть распахнутых губах.

— Колесо! — решаю я за не""e.

Купив несколько кругов, втягиваю её в открытую кабинку. Чуть поскрипывая, махина поднимает нас вверх. Выставляю на столик кофе, влажные салфетки и…

— Углеводы твои.

Двигаю к ней коробочку с маленькими круассанами, политыми кленовым сиропом.

Врубаю на телефоне негромко музыку. Поднимаю свой стакан с кофе.

— За… любовь? — выпаливаю я, прищуиваясь и кайфуя от того, как она теряется.

— Ну е""e к чёрту! — отказывается чокаться Алёна, отодвигая назад свой стакан. — Давай лучше за углеводы! Они для счастья надёжнее.

— Ну, давай, — смеюсь я, наблюдая, как она кусает горячий круассан, чуть закатывая от удовольствия глаза. — За углеводы!

Чокаемся.

На её губах капли сиропа и немного сахарной пудры.

Не целовать… Держи себя в руках, Тарханов!

— Мм… сладкий, — морщится, сделав глоток кофе.

— Держи мой. Он без сахара.

Меняю наши стаканы.