Соль этого лета

— Сумки проверять не надо? — строго.

Это он про спиртное.

И проверять конечно надо! Но мы, честно глядя ему в глаза, отрицательно качаем головами.

— В автобус давайте, — недовольно.

Почти все места уже заняты. В самом конце салона пацаны оставляют для меня место, чтобы я сел наискосок от Алены.

Она пытается запихать сумку под сиденье, но там уже занято. Коса падает с плеча, кончик метёт пол.

— Давай… — забираю у неё из рук и дёргаю к себе.

— ДавайТЕ, Марат, — тихо и строго одергивает.

— «На часах ноль-ноль…» — сняв с плеча гитару, бьет по струнам Яшин.

— «Я старше на год и пришёл мой день!» — подхватываем мы с Шмелём и ещё несколько человек.

Толпа подпевает. В салоне веселый кипиш. Кто-то кого-то облил водой, у кого-то вещи из сумки рассыпались. Как дети, чесслово!

Тренер заходит последним.

— Поехали! — перекрикивая ор толпы распоряжается он.

— «Гоним дальше целой толпой. На часах ноль-ноль!».

Шмелёв стебется, надувая припасенные для разврата «резинки» и, как надувные шарики, запускает по салону автобуса.

Хохот! Народ перекидывает их друг другу.

Алёна бросает на меня взгляд из серии «рука-лицо», чуть закатывая глаза. Да ладно тебе! Борзея, шлепаю по «шарику», запуская его в неё. Он падает ей прямо в руки. Она шокированно застывает.

— Шмелёв, Тарханов идут в наряд первыми, — бросает в проходе сумку Тренер.

Да пофиг! — переглядываемся мы.

— Алёнка, подвинься, — смещает он ее к окну, лопая складным ножичком шарик, и засовывает в карман его останки.

— Пацаны… — словно извиняясь, разводит он руками, успокаивая её.

Яшин, убирая гитару, достаёт пакет с конфетами. И дальше по салону летят уже конфеты. Алёна демонстративно смотрит в окно. Но мне кажется не на улицу. Тонированное стекло, как полупрозрачное зеркало. И я кожей чувствую, что смотрит она в отражение на меня. Ну смотри…

Сдергиваю с себя футболку, играя мышцами. Мне есть что показать! Я пахал над телом как упоротый целый год и при неплохом дано довел его до идеального состояния.

«Тебе нравится?» — ловлю ее взгляд в стекле, дёргая бровью.

Венка на её шее быстро колотится… Алёна мгновенно отворачивается от окна, ныряя в телефон.

Нравится…

Глава 1. Одинаковые

Магнитное поле на нашей спортивной базе явно сломано. Меня как стрелку в компасе всë время разворачивает на мой личный «север». Алёна — лёд.

И сейчас она где-то во внутренностях административного корпуса. После заселения у меня появляется повод туда зайти. Не самый приятный, конечно… Руку разодрал. А медкабинет у нас в административном.

— Привет…

— Здоровались уже, Марат, — хмурит свои красивые брови Алёна, разбирая из коробки лекарства.

Глаз на меня не поднимает. А я, наоборот, пялюсь на неë.

Между рёбрами тает… Краешек губ дергается в улыбке.