Пиранья. Бродячее сокровище

Ты там чужак, а из чужаков плохие шантажисты, их чересчур легко переиграть на своем поле… В общем, мы просто обязаны поступить друг с другом честно — именно честность в грязных делах, как говаривал мой дядюшка, и приносит реальные плоды.

— Умный человек был твой дядюшка… — протянул Мазур. — Но ведь в этом случае получается, что мне всецело придется полагаться на твою порядочность…

Она прищурилась, погладила его по щеке:

— Ага, уже легче… Значит, мы начинаем прикидывать и торговаться…

— Э, нет! — заторопился Мазур. — Я тебе ничего не обещал!

— Но ты ведь уже прикидываешь, взвешиваешь и торгуешься? — сощурилась она так, что Мазур не видел ее глаз. — Уже неплохо…

— Нет, но получается, что мне придется всецело тебе доверять…

— Ну, а что делать? — пожала она безукоризненными обнаженными плечами. — Нет у тебя другого выхода. Это твой шанс, Джонни, так что поневоле придется поверить… Не будет у тебя другого такого шанса… Что скажешь?

Мазур лихорадочно прикидывал и взвешивал — но отнюдь не то, что она имела в виду…

Проще всего отказаться — гордо, несгибаемо, решительно. Однако в этом случае красавица, ручаться можно, пошлет его ко всем чертям, сиречь немедленно рассчитает нерадивого слугу без объяснения причин, благо никаких контрактов они не подписывали. И обещанных долларов он пока что в глаза не видел. Значит, вновь придется пускаться в неизвестность почти без гроша в кармане, так и не выйдя на связь со своими. Нерадостная перспектива, чего уж там.

Зато, согласившись для виду, обретаешь и запас времени, и некоторую свободу маневра. Выиграть время, потянуть, проехать с ними еще пару сотен километров, поближе к цели… А там будет видно, решено. Соглашаемся на очередную непыльную работенку, благо вознаграждение царское…

Бриджит с интересом спросила:

— И к чему же привели нешуточные умственные усилия, в кои ты был явно погружен?

— Боюсь, что буду таким дураком, что соглашусь… — медленно сказал Мазур. — Твой муженек — и в самом деле омерзительный тип. Но смотри у меня… Ты умница, но и я не дурак, постараюсь обдумать и провернуть все так, чтобы у тебя не было ни единого шанса меня подставить. А если обманешь потом, я тебя отыщу в Штатах, думаю, это будет нетрудно, и тогда уж не обессудь…

— Да, я запомнил… — вздохнул Мазур.

Развод по-южноамерикански, или Моряки всех стран, соединяйтесь!

Лениво прихлебывая микроскопическими глоточками чернейший и крепчайший кофе, Мазур предавался откровенно крамольным мыслям о том, что учение Карла Маркса, конечно, великое и всесильное, но, тем не менее, вдали от замполитов можно себе признаться, что случаются исключения, которые в него не укладываются. Вот взять хотя бы некоего австралийца Джонни.