Пиранья. Бродячее сокровище

— Какого же черта ты ему брякнула насчет любовника? Не могла не понимать, что лишаешь бедолагу последней надежды.

— Именно этого мне и хотелось, — отрезала она. — Отца я ему не прощу. Пора было внести полную ясность… Боже мой, он ведь не врал насчет Роблеса. Если бы врал, Роблес давно бы приехал. Все рухнуло, все…

— Ты удивительно догадлив…

— И теперь у тебя нет ни денег, ни аквалангиста, — вслух рассуждал Мазур.

Мазур посмотрел на нее, присвистнул:

— Русалочка… Какая там глубина?

— Как мы это небрежно произнесли… — сказал Мазур. — Сто футов. То есть добрых тридцать метров… Ты что, ныряла с аквалангом?

— Да, в Штатах. У меня есть сертификат…

— Ну, даже так… — произнес он с преувеличенным почтением. — А сколько у тебя погружений?

— Понятно, — сказал Мазур. — Любительский сертификат каких-нибудь ускоренных курсов… А максимальная глубина, на которую ты ныряла?

— Какая тебе разница?

— Ну, футов на сорок…

— Немногим лучше. Два раза на сорок футов, под бдительным присмотром инструктора, который больше пялился на твою попку в бикини, чем учил всерьез… И еще десяток бултыханий на мелководье. С такими достижениями нечего и соваться на сотню футов, даже на привязи. Угробишься.

— Ты-то что в этом понимаешь?

— Я — аквалангист, — сказал Мазур.

И выругал себя последними словами, но ничего нельзя было изменить… Она вскинула глаза, и трудно было сказать, чего там больше, недоверия или яростной надежды:

— Ты?! Тетя Роза говорила, что ты — парашютист… Десантник.

— Ты правда… специалист?

— Сама можешь проверить.

«Ну что тебе смирно-то не сиделось? — попрекнул он себя. — Распустил хвост, павлин хренов… Мало ты видел красивых девок и мало их имел? На кой хрен тебе эта принцесса печального образа?»

Совесть ныла не так уж и сильно. Но все равно, не стоило связываться. Проще всего и полезнее для дела было бы плюнуть на все, уехать отсюда, забиться в какую-нибудь дыру вроде отеля с хорошей репутацией (благо донна Роза, отправляя на дело, снабдила все же приличной суммой на расходы в долларах и местной валюте) и проторчать там безвылазно несколько дней, пока не придет корабль. Документов, правда нет… ничего, бывают ситуации, когда можно обойтись и без них, если бумажник туго набит. Снять угол в частном секторе, частники, как во всем мире, при виде бумажек с крупным номиналом паспорт не особенно и требуют…

Но ведь нет прямого запрета на такие именно действия? Вот то-то и оно. Отданные ему приказы были сформулированы с учетом ситуации достаточно обтекаемо: лечь на дно, не привлекая к себе внимания, пересидеть и переждать… Но с формальной точки зрения он ничего и не нарушал. Он просто лег на дно. Таким вот образом.