Сокровище морского дракона

Надеюсь, это спишут на подростковый возраст, а не заподозрят во мне женщину.

— Не забудь пустить кровь! — донеслось мне в ответ.

Точно, он ведь говорил об этом! На то кольцо, которое пряталось сейчас у меня под рубашкой (мы подвесили его на цепочку, чтобы не потерять), нужно будет капнуть хотя бы каплю крови. Тогда помощник мага сможет настроиться на него и сгенерировать портал.

Ох, хоть бы у нас всё получилось!

— Не забуду! — крикнула ему на прощание, помахала рукой.

— Держи хвост морковкой! — успел он ответить, а потом корабль так далеко отплыл, что разговаривать не представлялось возможным.

Последнюю фразу я еле расслышала, опознала лишь потому, что он часто мне её говорил. Вообще, он в принципе называл нас морковками из-за цвета волос, а Коннарта сосулькой. Насчёт последнего я была с ним полностью согласна, а вот касаемо морковки…

Впрочем, это уже неважно. Важно доплыть до Шэллвуда в целости и сохранности для чего нужно приложить все усилия на то, чтобы не сойти с ума в тесной каюте и в то же время не выдать своё истинное лицо. Кстати, о лице — неужто всё время придётся его как-нибудь подкрашивать? Или то была мера для того, чтобы не светить белой кожей в темноте, пока выбираемся за город? Дилемма. К тому же, золу на корабле ой как непросто найти, только на камбузе, но кто туда пустит обычного пассажира?

Утро показало, что ничего такого не надо. Достаточно натянуть шапку пониже, желательно до самых бровей, а губы слегка припудрить, чтобы не выделялись ярким пятном. Всё остальное «доработала» обстановка — круги под глазами от недосыпа, общий помятый вид. Разве что глаза всё же лучше лишний раз не поднимать, а то они слишком яркие и их не припудришь.

Хвала небесам, капитан, как и прочая команда особого внимания на меня не обращали, разве что подшучивали, когда я спотыкалась то о канат, то ещё обо что-нибудь. И то не моя вина, я просто не привыкла к такому! На королевском корабле с уборкой было куда строже, да и палуба для прогулок у нас имелась отдельная.

— С такой координацией тебе точно не быть моряком, — хмыкнул Джулл, глядя, как я в очередной раз потираю ушибленный бок.

Он единственный, кто изредка общался со мной.

— Зато я на лошади неплохо держусь, — чем-чем, а этим я занималась с удовольствием.

Разве что после смерти родителей Коннарт настаивал на более замкнутом образе жизни. И всё равно я каждый день выезжала на своей Доре, пока меня не огорошили известием о расторжении помолвки и заключении новой. Тогда мне стало не до конного спорта.

— Да, это достижение, — Джулл говорил серьёзно, но мне показался скрытый подвох.