Сокровище

Но единственное, что мы можем предложить твоей матери в обмен на противоядие для нашего друга, – это способ разорвать узы, связывающие тебя с твоей сестрой, поскольку это именно то, чего она желает добиться уже тысячу лет. Но, разумеется, если ты этого не хочешь, то мы не можем…

– О, я хочу этого, хочу! – Лореляй взволнованно подается в нашу сторону. – Я хочу этого больше всего на свете.

– В самом деле? – Я с облегчением смотрю на Хадсона. – Ты уверена? Потому что я совсем не хочу давить на тебя…

– Я не хотела прерывать твой рассказ, но, по-моему, ты не видишь реальной картины, – поясняет она. – Иначе ты бы не беспокоилась из-за того, что я могу этого не хотеть.

– Э-э, понятно… – Я смотрю то на нее, то на Виолу. – Мы хотели бы услышать всю историю, если ты готова поведать нам ее.

– Конечно же, готова. Я с радостью расскажу вам все, что вы хотите узнать, Грейс. – Она широко улыбается. – Во-первых, моя мать вовсе не злая – и вы должны это знать. Во всяком случае, сама я не считаю ее злой. Я не видела ее с тех пор, когда мне было пять лет, но я верю, что она любит меня.

Я быстро бросаю взгляд на Хадсона. Злая Королева Теней или нет, но мы должны вести себя осторожно – ведь мы говорим о матери Лореляй.

Хадсон смотрит на нее с обаятельной улыбкой.

– Я рад слышать, что твоя мать так любит тебя. Но мне жаль, что твоя сестра была с тобой так жестока и что твоя мать не могла ей помешать.

– Ну, моя мать не виновата в том, что она была не в силах мне помочь, не так ли? Ведь она заперта в Мире Теней.

Мне ясно, что так мы ни к чему не придем, и я решаю попытаться зайти с другого конца.

– Тогда почему бы тебе не рассказать нам, по какой причине ты прячешься при Дворе Ведьм и Ведьмаков и вход в твои покои охраняют защитные заклятия, если ты не боишься своих матери и сестры?

– Ты права, мою душу и душу моей сестры Лианы связывают неразрывные узы. Однако ты ошибаешься, если думаешь, что она до сих пор причиняет мне боль, чтобы обрести больше силы. Теперь этого уже не происходит. Да, когда мы были моложе, она изводила меня. Но я и сама была не так уж невинна. – Она вздыхает. – Наша мать видела, что мы могли очень легко причинить друг другу вред, особенно когда злились, поэтому она и совершила что-то ужасное, пытаясь разрушить чары моего отца. Я не знаю, что именно она сделала, никто не хотел мне этого говорить, но это было так скверно, что какой-то бог изгнал ее вместе с моей сестрой в мир, где она оказалась заперта, как в тюрьме. Я тогда находилась с моим отцом, и мы упражнялись в магии времени – не хочу показаться нескромной, но в детстве это удавалось мне отлично, – когда нас разделила тюремная стена.

Ее глаза наполняются слезами, и она быстро смаргивает их.

– Мы с Лианой оказались по разные стороны этой стены.