Сокровища Валькирии: Стоящий у Солнца

 – Может, диплом показать?

– Я-то и доверила бы, да он не согласится, – объяснила она. – Привередливый – невозможно. Раньше его мама лечила, теперь я.

Ольга обернулась к нему и сказала с предупреждающей угрозой:

– А папа у меня – милиционер! Участковый!

– Вот как! – засмеялся Русинов. – А мы сейчас не на его участке?

– Нет, он в Гадье живет. Что, испугались?

– Конечно, испугался: с детства милицию боюсь.

– Папа очень строгий, – с любовью сказала она. – Его все слушаются и боятся.

Если дядя Коля дружил с отцом Ольги, значит, имел документы и был личностью известной. Но почему же он так похож на Авегу?! И почему к нему приходит без вести пропавший разведчик Виталий Раздрогин?

– Оля, а вы помните Владимира Ивановича? – решился спросить Русинов.

– Это кто? – Она наморщила лоб.

– Не знаю, – сказала Ольга. – Не слышала… А кто он?

– В этих краях жил, мой знакомый, – пояснил Русинов. – А Авегу помните?

– Авегу помню! – вдруг с интересом воскликнула она, и у Русинова перед глазами зашатались столбики. – Но вы-то откуда его знаете?

– Видите, оказывается, у нас есть с вами общие знакомые! – не скрывая торжества, произнес Русинов.

Ольга его радость поняла по-своему.

– Это ни о чем не говорит, господин полковник. На вас дурно действуют такие передачи!

Она выключила телевизор: здесь работала всего одна программа. Русинову хотелось немедленно расспросить ее об Авеге, но Ольга снова очужела и, по виду, не намеревалась больше вести разговоры. Можно было спугнуть ее, а потом уж никогда не поправить отношений. Хотя тот интерес, что возник в ее глазах при упоминании Авеги, продолжал существовать.

– В таком случае я пошел спать! – заявил Русинов. – Кстати, передача очень хорошая. Когда люди встречаются – всегда хорошо. Спокойной ночи!

Он пошел в свою палатку. От счастья и какого-то мальчишеского азарта хотелось прыгать. Авегу здесь знали! Наконец-то отыскался первый человек, который помнил его! Владимира Ивановича Соколова Ольга не знала, но Авега был ей знаком. Значит, он отсюда, из этих мест. Но почему же никто не откликнулся, когда объявляли на него розыск? Даже Ольгин отец, работник милиции, участковый! К нему-то уж точно попадал плакат с портретом Авеги…

Сначала он забрался в спальный мешок, однако через пять минут ему стало душно и жарко в палатке. Вопросы и мысли распирали сознание, и, несмотря на прошлую бессонную ночь, спать не хотелось. От волнения он выбрался на улицу и закурил. В траве бесконечно трещали кузнечики, разогретые солнцем земля и камни теперь отдавали тепло, вездесущий запах нектара, текущего с пасеки, кружил голову.

Отец Ольги! Вот кто много знает! И крепко молчит, если на него не могла выйти Служба. А Ольга проговорилась случайно, по своей природной откровенности.