Сокровище Хранителя Запада

Я послушно взяла в руки следующий документ и спросила как бы невзначай:

– А что за блюда готовят сонны для своих льепхенов?

– Откуда мне знать? И почему ты спрашиваешь?

Бланко насторожился, а я тут же сделала невинное лицо и сообщила:

– Да всего лишь интересно, чем вы кормили бедное животное. Наверное, какой-то дрянью, раз я смогла его подманить колбасой.

– Да кто его знает, – пожал плечами декан. – Чем придется, тем и кормили.

– Вот поэтому он и удрал, – уверенно сказала я.

Бланко внезапно подался вперед и поймал мой взгляд. Я снова как завороженная смотрела в его глаза. А декан жестко произнес:

– Никаких самостоятельных попыток поймать эту тварь, ясно? Без тебя разберемся. Кроме того, я уверен, что льепхен уже выбрался с территории Академии. Теперь это проблема городской стражи.

Я покладисто закивала. Знал бы он, что Лютик уже обосновался в моей комнате…

Но, надеюсь, мне удастся сохранить этот секрет. Вот только Бланко не рассказал мне, чем питаются льепхены. Придется поддерживать котлетно-колбасную диету. А может быть, он и сам будет охотиться на кого-нибудь? Птички же сюда наверняка залетают.

Вот только почему я чувствую, как будто что-то упустила?

На этот раз я закончила работу до ужина и побрела в комнату. По пути я продолжала обдумывать слова декана."

"Льепхенов почитают… Льепхен всегда служит одному человеку… Льепхена убивают, если умирает хозяин…

Догадка оказалась настолько очевидной и при этом невероятной, что я застыла на пороге общежития, уставившись в пустоту. Хранители слишком мало знали о байлангах – боевых псах стражей, которые жили на Севере. Наверное, поэтому им не приходила в голову эта мысль.

Байланги связаны со стражами, и, когда хозяин умирает, пес перестает есть и погибает от голода. Или сходит с ума. А жизнь байланга – жизнь его хозяина, и стражи защищают своих крылатых друзей до последнего вздоха. Вот только между псом и хозяином есть мысленная связь, и каждый байланг выбирает хозяина, кусает его. У меня же никакой связи с льепхеном нет. Правда, иногда он меня слушается. Да и он меня не трогал ни при первой встрече, ни позже…

А вот я его – да!

Я посмотрела на свои ладони. Едва заметные царапины напоминали о том, что случилось той ночью. Что, если?..

Грубый тычок между лопатками заставил меня отвлечься от размышлений. Я едва устояла на ногах и услышала за спиной злой голос.

– Что встала на проходе?

Адриан!

Я развернулась и оказалась нос к носу с «дорогим родственником». За его спиной возвышались еще два моих однокурсника.

Михель и Северо… Знатностью рода они не блистали, но были готовы биться за место под солнцем вместе с Адрианом. Теперь все трое ухмылялись, глядя мне в глаза.

– Не твое дело, – огрызнулась я.

Адриан только фыркнул в ответ:

– Завтра пятница.