Сокровище Хранителя Запада

Наверняка он думал о моем выигрыше… Хотя тот был заслугой Бланко и магии льепхена, о которой никто не знал.

Мы все же двинулись дальше, и я не стала настаивать. Амулет вернулся в свое обычное состояние. Тончайшие шрамы на ладонях не давали о себе знать. Значит, магии соннов рядом нет. Во всяком случае, пока.

Мы уверенно продвигались вперед. Пару раз нас атаковало что-то визжащее и когтистое, размером чуть больше кошки. Но Симон и Адриан встречали тварей стрелами.

По моим ощущениям, прошло еще полчаса, когда снова потеплела чешуйка. Я не стала замедлять шаг, но это сделал Симон. Теперь настала его очередь пялиться себе под ноги. Я врезалась в спину парня и шепнула:

– Что такое?

И только после этого опустила взгляд. Вопросы сразу испарились. Там, где заканчивались носки сапог Симона, начиналась цепочка глубоких выемок. Я сразу поняла, что это следы гигантских раздвоенных копыт.

– Жуанты! – ахнула за моей спиной Эолалия.

– Успели почуять, – процедил Тито, натягивая тетиву.

Но Симон присел и успокоил всех:

– Мы с подветренной стороны, пока нас почуять не должны. Наверняка идут к луже.

Адриан возразил:

– Но они могут наткнуться на наши следы. Эти твари опасны и натасканы на магию хранителей, помнишь?

– Придется сражаться, – мрачно кивнул Тито.

Но мой родственник самодовольно усмехнулся:

– У меня есть идея получше…

А я подумала, что она мне заранее не нравится.

Росио Бланко

– Для детей, которые едва начали учиться, это довольно жесткая проверка, – холодно произнес Росио и скрестил руки на груди.

Он стоял возле длинного стола для совещаний и мрачно смотрел на своего начальника. Солнце проникало в большой зал через огромные окна. Герцог Скау восседал в кресле, которое обычно занимал ректор, и выглядел спокойным. Правитель прихлебывал чай, явно наслаждаясь вкусом и ароматом.

Барт сидел по правую руку от него с довольным лицом. После слов декана он выпрямился и вкрадчиво спросил:

– Что вам не нравится, господин Бланко? Не далее как на прошлом совещании здесь вы говорили, что спрашивать с адептов нужно строже. Что все выпускники ни на что не годны, у них слишком мало практики, они не нюхали настоящих трудностей и не готовы к службе на границе.

Ректор поочередно загибал толстые короткие пальцы. Правитель остался невозмутим, как будто не слышал спора.

Росио стиснул зубы и промолчал. Разумеется, он говорил об этом. И все еще считал, что встряска юным хранителям не повредит. Если бы среди них не было Марты. Ему было плевать на свою репутацию учителя и на других адептов. А вот Марта… Она не должна пострадать.

Мысль о том, что с ней может что-то случиться, ранила не хуже, чем ятаганы соннов. За девушку он переживал больше, чем за себя. Больше, чем за кого-либо еще.