Его сокровище

— Ты бы не предпочел ту, которая не повреждена? — Ее голос был таким мягким, таким хрупким.

Мышцы моей челюсти сжались. Когда мы впервые встретились, у меня были такие же мысли, как и у нее, но я был не прав.

— В следующий раз, когда ты скажешь о себе что-то негативное, я надеру тебе задницу. Ты чертовски идеальна.

— Ты только что угрожал меня отшлепать? — Она томно дышала.

Я отстранился, чтобы рассмотреть выражение ее лица, опасаясь, что увижу в нем страх. Однако все, что я увидел, это страсть и интрига.

— О, детка, тебя эта идея возбуждает? — я крепко прижал ладонь к ее киске. — Твоя милая маленькая киска становится мокрой от этой идеи?

Она закусила губу и покачала головой.

Широкая улыбка расплылась по моему лицу.

— Лгунья.

Ее щеки залились огненным румянцем.

— Не волнуйся, tesoro. Я всегда дам тебе то, что тебе нужно. А теперь закончи свой рассказ.

Мой член твердо прижимался к ее бедру, и я боролся с необходимостью проникнуть в нее, снова и снова заполняя ее своей спермой, чтобы все знали, что София принадлежит мне.

— Это… Эмм… Ну, это быстро закончилось, — сказала она, закрывая глаза. В комнате было достаточно света, и я мог видеть нежный румянец на ее щеках. — Было больно, особо не запомнилось.

— Ублюдок, — хмыкнул я.

— А потом его друг постучал в дверь, ему что-то было нужно. Он пошел поговорить с ним, а я осталась полуголая на кровати. Я не была уверена, что смогу спуститься по лестнице и не упасть, поэтому мне пришлось просто дождаться его.

Чертов ублюдок. Он лишил мою девочку девственности, а затем оставил ее в доме, полном пьяных отбросов. Я использовал все свои уловки в роли Дона, чтобы сохранить ровный голос.

— Сколько?

— Что?

— Насколько долго он оставил тебя одну?

София снова закусила губу, и я нахмурился, освободив ее и проведя большим пальцем по нежной коже.

— Почти час, — прошептала она. Слеза скатилась по ее щеке, и это было похоже на кинжал в сердце. — Наверное, я была очень плоха в постели, раз заставила его сбежать, — она попыталась улыбнуться своей неудачной попытке пошутить, но у нее это не получилось."

"— Нет, — сказал я, обхватив ее лицо. — Нет. Ты не возьмешь на себя никакой вины за поведение этого придурка. Он воспользовался тобой и оставил в уязвимом положении, — я тяжело сглотнул. Жизнь, в которой я не показывал настоящего себя, заставила бы меня заткнуться, но она заслуживала от меня большего. — Я бы никогда не поступил так с тобой. Никогда.

Ее пальцы скользнули по моей щеке, цепляясь за щетину.

— Говорила ли я тебе, что мне нравится, когда у тебя есть щетина? — Пробормотала она.

Я ухмыльнулся и потерся своей щекой о ее. Когда она захихикала, то я почувствовал легкий порыв воздуха на моей коже.

— Знаю, что ты не такой, как он, — сказала она.