Сокровища чистого разума

 – Какова вероятность того, что на борту «Доброты» окажутся трибердийцы?

– Нулевая, – тут же ответил Саймон. Ответил быстро и уверенно. – «Доброта» – цеппель Департамента секретных исследований, там люди Компании, и они никогда не берут в полёт местных.

– На борту могут находиться раненые.

– «Доброта» явно идёт к точке перехода, то есть готовится покинуть планету и вряд ли возьмёт с собой менсалийцев.

– В таком случае… – Все поняли, что Рубен принял решение, и обратились в слух. – Прикажи «Горькому» убрать бронетяг.

– Слушаюсь, – кивнул Саймон.

– Только без осечек, – немедленно добавил старик. – Всех в ноль!

– Я сообщу капитану «Горького» о персональной ответственности за результат.

– Остальным прибавить ход.

– Слушаюсь, – подал голос капитан флагмана."

"– И установите радиосвязь с «Добротой», – подумав, закончил Лекрийский. – Пора узнать, что здесь забыл Департамент.

– Он идёт на нас!

– Вижу!

– Так сделай что-нибудь! – потребовал Каронимо, стоящий у распахнутого заднего люка кабины. Откуда открывался потрясающий вид на приближающийся импакто.

– Делаю!

– Что?!

– Удираю! – проскрипел Гатов.

Разогнав до последнего предела паротурбинный кузель, с силой надавливая на руль, чтобы управиться с тяжеленными колёсами на столь огромной скорости, и не обращая внимания на мелкие препятствия и неровности. Второй раз за короткую жизнь – первый случился во время испытаний – бронекорде было велено продемонстрировать всё, на что она способна, и пока машина не отказывалась от нагрузок. Неслась, как выпущенная стрела, оставляя за собой вихрящееся облако…

– Из-за пылищи нас видно за сотню лиг!

– Я придумал тебе задание! – прорычал Гатов.

– Какое?!

– Помоги Мерсе!

– Проклятье!

Но Каронимо понял, что Павел прав: из курсового пулемёта, у которого толстяк должен был засесть по боевому расписанию, нагоняющий их цеппель не достанешь, угол не позволит. Курсовой в предстоящем бою участвовать не будет, поэтому Бааламестре выругался и бросился к люку, собираясь присоединиться к находящемуся в кузове Мерсе.

– Не скучай тут!

В ответ послышалась невнятная ругань.

Подлая Камнегрядка убаюкала путешественников видимостью безопасности, убедила, что можно расслабиться, а затем нанесла… Нет! Ещё не нанесла, но приготовилась нанести тяжелейший удар. Не с земли – с воздуха. Командование замеченной Гатовым эскадры, по всей видимости, готовило мритскому форту некую пакость, приняло бронекорду за разведчика и уготовило ей и учёным невесёлую участь жертв военных действий. Один из цеппелей – как выяснилось позже, весьма скоростной импакто, – бросился на перехват и, несмотря на то что Гатов сразу же изменил курс и выжимал из двигателей всю возможную мощь, уверенно догонял машину учёных.