Командор Советского Союза

Армия, это конечно сила, но сказать вам, кого наши люди будут звать чаще, и чьи портреты ставить в красном углу?

– Да… Под таким углом я эту историю не смотрел. – Рокоссовский чуть ошарашенно посмотрел на Александра.

– А ещё обязательно организовать свой институт экстремальной медицины, свой госпиталь, Учебную академию и НИИ спасательной и инженерной службы, и даже свой испытательный полигон при академии. Обрушенный дом, место для пожаров, и так далее. Вам даже радиостанции понадобятся совершенно особые, я уж не говорю про снаряжение. Каски, защитные комбинезоны, фонари…Конечно большую часть проблем мы в Точмаше решим быстро. И со снаряжением поможем, и со связью, и даже с инженерной техникой. Потому что одним БАТом[33], в реальной ситуации, мало что сделаешь.

– А ко мне заместителем пойдёшь? – Рокоссовский пристально посмотрел на Мечникова.

– Я бы с удовольствием. – Александр развёл руками и улыбнулся. – Но на своём месте я сейчас намного нужнее. Вот скажите, кто вам сделает эдакую механическую руку, которая сможет брать бетонные плиты, и растаскивать завал? А кто организует производство защитных комплектов? Да много чего ещё. А грамотных офицеров любого уровня у нас хватит. Будете армией спасителей.

Рокоссовский утащил Александра в одну из подмосковных резиденций Минобороны, где уже сидели десятка два старших офицеров и генералов, и заставил рассказать, как он видит МЧС, и что оно должно делать, а что, отпихивать от себя подальше. Например, охрану правопорядка, даже в местах катастроф. Ну может только если пресечь группы мародёров, и всё. Остальное пусть обеспечивает краснознамённая милиция, и не менее краснознамённая армия.

Под деликатесные закуски и прекрасно приготовленную еду, народ настолько умеренно употреблял водку и вино, что все были почти трезвыми, и внимательно слушали что говорил Александр, а кое-кто даже записывал. Видимо Рокоссовский, не теряя времени даром собрал всех тех, кого хотел видеть возле себя в новом деле. Да и то правда. Время самый ценный ресурс.

В итоге проговорили до самого утра, и уехал Александр лишь для того, чтобы принять душ, переодеться, и поехать в Министерство.

А когда дежурный сотрудник секретариата вывалил ему на стол центральную прессу, у Александра натурально зашевелились волосы на голове. Правда, Известия, Труд, Красная Звезда, и другие, вышли с полной перепечаткой его выступления, и огромной фотографией на первой полосе. Давали как есть, вместе с грифом «Секретно», и атрибутами доклада пленуму ЦК. А через час, секретариат буквально захлебнулся в телеграммах, которые стали приходить со всего Советского Союза.