Имперский союз

Надежда взяла микрофон и начала вызывать:

– «Питер», я «Щука-один», – как вы меня слышите – прием?

– «Щука-один», я «Питер», – мужской голос, прозвучавший из таинственного ящичка, заставил Попова вздрогнуть от неожиданности, – слышу вас на «четверочку». «Первый» интересуется – как ваши дела и где вы сейчас находитесь.

– Передайте «Первому», – Надежда вопросительно посмотрела на отца, и тот в ответ кивнул ей головой, – в общем, у нас все нормально, английский гость у нас, на борту шхуны «Ласточка», следующей в Петербург.

– А где «Богатырь», что с ним? – вместо хорошо знакомого голоса Шумилина из динамика раздался строгий голос императора. – Что это за «Ласточка» такая?

– Ваше величество, – ответил Щукин, забрав микрофон у дочери, – на обратном пути «Богатырь» получил во время шторма повреждения и ему понадобился ремонт. Он остался в норвежском порту Кристиансанне. Чтобы не случилось ненужных осложнений, мы перегрузили английского гостя на борт российской шхуны «Ласточка», которая следует с грузом в Петербург. Если все пойдет нормально, то мы надеемся быть у цели через несколько дней. Все отправившиеся в экспедицию живы и здоровы."

"– Слава богу, – голос императора стал мягче. – Благодарю вас, Олег Михайлович, за службу. Мы тут места себе не находим, переживаем за вас. Скажите, не надо ли выслать навстречу вам несколько военных кораблей из Кронштадта?

– Благодарю вам, ваше величество, за добрые слова, – ответил Щукин. – Полагаю, что посылать навстречу нам военные корабли Балтийского флота не стоит. Лучше будет, чтобы как можно меньше народа знали о нашем вояже. К тому же мы теперь будем поддерживать постоянную радиосвязь между Петербургом и «Ласточкой». Если возникнут какие-либо неприятные неожиданности, мы вам обязательно о них доложим.

– Хорошо, пусть будет так, – сказал император. – Всего вам доброго, Олег Михайлович. И да хранит вас Господь.

– Аминь, – произнес Щукин. А потом, когда на связь снова вышел Шумилин, он договорился с ним о времени выхода в эфир, после чего попрощался и положил микрофон на стол.

Попов, ставший свидетелем этого, наверное, первого в истории сеанса дальней радиосвязи, с изумлением бросал взгляд то на Олега, то на Надежду, то на таинственный аппарат, только что говоривший голосом императора Николая I.

– Да, чудны твои дела Господи, – вымолвил он. – Если бы не видел я все это своими глазами, то ни за что бы не поверил. Откуда вы, господа? – неожиданно спросил отставной мичман. – Я понял, что вы – не от мира сего…

* * *Известие о том, что британская экспедиция благополучно завершилась, и все участвовавшие в ней возвращаются домой живыми и невредимыми, вызвало в Петербурге большую радость.