Имперский союз

Адини хотела было рассердиться, но вместо этого ей стало вдруг смешно.

Ольга, которая заметила перестрелку глазами Николая и Адини, подумала про себя: «Эх, девочка, зря все это. Пожелала бы я тебе счастья, но между вами не только столетия, но и сословные перегородки, которые не суждено преодолеть. А жаль – Николай замечательный парень, и я уверена на все сто, что ты была бы с ним счастлива».

Она вздохнула. Но Александра ничего не замечала, ошеломленная новыми впечатлениями и новыми чувствами.

– Ну, вот и приехали, – сказал доктор Кузнецов, когда машина остановилась напротив красивого здания красного кирпича, построенного в готическом стиле. – Нам сюда. Ольга, я попросил бы тебя быть все время с Александрой. Сама понимаешь, ей трудно сейчас в нашем мире. Если что, подсказывай ей, как себя вести.

В больнице, которая совсем была не похожа на больницу, Адини представили веселому и пухленькому доктору, которого звали Роберт Семенович. Тот, побеседовав с Адини, которая односложно отвечала на его вопросы, отправил ее в кабинет, где стояли какие-то непонятные машины. Женщина в светло-зеленом халате предложила Ольге выйти, а Адини раздеться до пояса и зайти в маленькую и тесную кабинку. Там она стала на что-то нажимать, пол у Адини поехал под ногами, а женщина попросила ее прижаться подбородком к какому-то выступу, грудь прижать к блестящей стенке и не дышать. Закрыв дверь, женщина куда-то вышла, а потом вернулась и разрешила Алини дышать, выйти из кабинки и одеваться.

Вошедшая в кабинет Ольга помогла девушке одеться, а женщина тем временем что-то писала за столом в лежащих перед ней бумагах. Потом они с Ольгой зашли в еще один кабинет, где другая женщина попросила положить перед ней руку на стол, достала какую-то непонятную штуку из материала, похожего на стекло, с острой иглой на конце. Она протерла кожу Адини ваткой, от которой пахло чем-то резким, и сказала:

– Потерпи, сейчас будет немного больно.

Женщина вонзила иголку под кожу Адини, выдавила из непонятной штуки капельку чего-то, да так, что у девушки немного вздулась кожа, потом выдернула иголку и снова протерла ваткой место укола.

– Ну, вот и все, милая, – сказала она Адини. А потом, вздохнув, добавила: – Какая ты красивая…

Потом Ольга и Александра снова оказались в кабинете, где Алексей Игоревич и Роберт Семенович мирно беседовали, вспоминая студенческую молодость.

– Уже управились? – поинтересовался доктор Кузнецов. – Очень хорошо. Роберт Семенович сказал, что через три дня мы снова заедем к нему, и тогда будем знать – что болит у красавицы, и как мы будем ее лечить.

– Роб, – сказал Алексей, – не забудь, что я тебе говорил о ее отношении к антибиотикам. Она их практически не принимала.