Имперский союз

Ну, например, по торговле дамскими духами и прочими вещами, столь любимыми нашими прелестницами. Государь не торопит с ответом, Ольга Валерьевна, а потому у вас есть время обдумать его предложение.

По просьбе Александра Павловича, – продолжил граф, – казак Никифор Волков переходит в ваше подчинение. – Бенкендорф внимательно посмотрел на гостей из будущего. – Государь дал согласие на то, чтобы вы его ознакомили со всеми подробностями вашего появления в нашем мире. Со всеми, – подчеркнул граф. – Человек он верный, и ему можно рассказать все.

Ну, вот, господа, и все, что я хотел вам сказать, – сказал граф, показывая, что беседа подошла к концу. – А теперь я откланяюсь, и встречусь с вами завтра утром.

Бенкендорф ушел, а пришельцы из будущего стали совещаться, обсуждая только что услышанное.

– Вот так вот, друзья мои, – сказал Шумилин, – теперь мы полностью натурализировались в девятнадцатом веке. Будем врастать в это время. Ну, и более весомо влиять на происходящие здесь события.

– А ты, Шурик, видишь себя в качестве некоего серого кардинала при государе-императоре? – ехидно спросил Шумилина Алексей. – Не знаю, не знаю, как это у тебя это получится… Ты еще не знаешь, какие бурлят здесь придворные страсти, и какое изощренное коварство используют тамошние вельможи. Боюсь, что схарчат тебя здесь, Шурик, и не подавятся.

– Не схарчат – подавятся, – улыбнувшись, сказал Шумилин. – Леха, ты, конечно, во многом прав, но только и мы не за печкой найденные. На их коварство ответим нашим, современным коварством. Да еще с использованием технических средств. Впрочем, ты прав, и всем нам надо держать ухо востро.

– А я, пожалуй, останусь, – сказала молчавшая все это время Ольга. – Мне здесь нравится. Да и к людям, живущим в этом времени, я привыкла. Подружилась с княгиней Одоевской и ее супругом. И другие здешние жители – замечательные люди. В общем, я остаюсь. В качестве кого – пока не решила. Но это уже чисто технический вопрос.

– Мнение Иваныча мы уже слышали, – сказал Шумилин, подводя итог дискуссии, – ну, а ты, Леха, как я понял, тоже уже все решил для себя.

Кузнецов промолчал. Молчание – знак согласия. Шумилин снова почувствовал, как начинает болеть его бок, и попросил друга сделать ему укол чего-нибудь обезболивающего. И потом разойтись по своим комнатам, которые, как объяснил им явившийся на их зов лакей, предоставил своим гостям для ночлега хозяин дворца.

А утрам, помывшись, позавтракав и собравшись в путь-дорогу, они сели в присланные за ними кареты и отправились на Черную речку, в место, где откроется портал и они вернуться в свою эпоху. Теперь это место, уже по закону, стало их собственностью.