Россия — Советский Союз, 1917–1945 гг.

Этот «антимолотовский заговор» был отвергнут большинством членов Политбюро, в том числе и С.М. Кировым, которого «бакинцы» активно вербовали в свои ряды.

Конкретный анализ разработки плана и реализации политики коллективизации и индустриализации в годы первых пятилеток позволил ряду современных авторов (О. Хлевнюк, Ю. Жуков, И. Павлова) сделать важный вывод о реальных механизмах принятия экономических решений в тот переломный период в истории нашей страны. Вопреки традиционной точке зрения советских и зарубежных историков «тоталитарной школы» (С. Коэн, Р. Пайпс, Р. Такер, М. Геллер, А. Некрич) о том, что единственным субъектом принятия всех важнейших решений были высшие партийные инстанции, реальная картина была намного сложней. Безусловно, высшей инстанцией, определявшей основные принципы экономической политики, было Политбюро ЦК и лично И.В. Сталин. Но это лишь отчасти характеризует механизм принятия решений, поскольку и И.В. Сталин, и В.М. Молотов, и другие члены высшего партийного ареопага все чаще стали выступать в роли своеобразных «третейских судей» в ожесточенных спорах между Наркоматом финансов СССР, Госпланом СССР и важнейшими отраслевыми наркоматами."

"В советской партийно-государственной системе весомость разного рода претензий на обладание особым статусом своего наркомата или ведомства зависели как от степени приоритетности решения конкретных хозяйственных задач, так и от реального аппаратного веса, влияния и места руководителя наркомата или ведомства в партийно-государственной иерархии страны. Например, Г.К. Орджоникидзе, А.А. Андрееву или А.И. Микояну, которые возглавляли Наркоматы тяжелой промышленности, путей сообщения и снабжения СССР и одновременно являлись членами Политбюро ЦК ВКП(б), было значительно проще и быстрее решать проблемы своих ведомств, чем, например, руководителям Наркоматов легкой промышленности и внешней торговли СССР И.Б. Любимову и А.П. Розенгольцу, которые являлись всего лишь кандидатами в члены ЦК ВКП(б).

Впервые задания «Второго пятилетнего плана развития народного хозяйства страны на 1933―1937 гг.» были рассмотрены и утверждены на XVII партийной конференции, которая состоялась в январе — феврале 1932 г. Поскольку темпы промышленного роста в стране в 1930–1931 гг. все еще внушали серьезную уверенность и оптимизм в досрочном выполнении основных показателей плана первой пятилетки, высшее политическое руководство страны поставило амбициозную задачу догнать передовые капиталистические страны по важнейшим экономическим показателям. Поэтому первоначальные директивы второго пятилетнего плана предусматривали увеличение производства электроэнергии до 100 млрд кВт/ч.