Союз-77. Книга 2. Мы одной крови

Пей, атаман, здоровье позволяет

Пей, куренной, когда-то кошевой

Таганское казачество желает

Добра тебе, спасибо, что живой…

Закончив песню, Высоцкий начал новую. Почти все их я знал наизусть, а сегодня слушал как в первый раз. От его голоса даже волоски на руках становились дыбом.

Чуть помедленнее, кони, чуть помедленнее…

Он был в настроении, шутил, рассказывал случаи, произошедшие на театральных гастролях, съёмках фильмов, рассказывал про Париж, про Шемякина, про Алёшу Дмитриевича. Время пролетело со скоростью звука. Отыграв, Высоцкий со своими ближайшими друзьями ушёл часа через два, а мы какое-то время ещё оставались там, выпивали, смеялись и танцевали под Аббу.

Зоя, вне всякого сомнения, пользовалась успехом. Она уже давно перестала дуться, хорошенько бахнула винишка и уже откровенно наслаждалась своим успехом. Ее приглашали какие-то ботаники, интеллектуалы и спортивного вида мачо. Два раза с ней станцевал Хакан, один — Юрик, и один разик потанцевать с ней пришлось мне.

Всё время я посматривал по сторонам, ожидая, что вот-вот появится тот чувак из метро. Но всё было чисто. Разум бастовал и отказывался верить в случайность, но никакого подтверждения слежки не находил.

— Григорий, — подошёл ко мне Хакан. — Большое спасибо. Я очень благодарен, за этот замечательный вечер, за впечатления, за знакомство с этим свободолюбивым человеком. Меня такие люди всегда восхищали.

— Творческие? — уточнил я.

— Те, кто бросает вызов системе.

— А он разве бросает? — поднял я брови."

"— Безусловно. Мне кажется, Высоцкий хочет, чтобы Россия стала свободной и открытой. Разве его песни не об этом?

Серьёзно? Вот так пытаться развести меня на мякине? Наверное, я не смог скрыть удивления, потому что дальше он эту тему качать не стал.

Когда мы вышли на улицу, над городом царила ночь, тихая, по-советски невинная и целомудренная.

— И как мы поедем? — нетрезво спросил Юрик. — Метро закрыто, в такси не содют…

— Надо ловить попутку, — твёрдо заявила Зоя, хотя она тоже покачивалась от выпитого.

Она подошла к краю тротуара и подняла руку перед светлыми жигулями. И машина сразу остановилась. За рулём сидел пожилой дедок и не походил ни на кагэбэшника, ни на цээрушника.

— Ого! — воскликнул Юрка и захлопал в ладоши. — Ну все, Хакан, давай. Понравилось тебе? Ожила русская половина твоей души?

— Несомненно, — разулыбался тот. — Это было прекрасно. Давайте договоримся, когда мы снова с вами встретимся. Вы все очень хорошие ребята. Мне уже скоро уезжать, поэтому завтра я приглашаю вас на ужин. Вернее, уже сегодня.

— Приглашаешь на ужин?

— Да, скажите куда.

— Говорят, в Праге, хорошо.

— Ну что же, значит, пойдём на ужин в Прагу, — развёл руками Хакан и полез обниматься. — Большое спасибо, друзья. Юра, я тебе очень благодарен.