Сохраняя веру

А Вера… Ее бы я вообще не узнала. Вся в проводах и трубочках, она кажется совсем маленькой на узкой кровати.

Медсестра передвигается по палате как тень. Когда я вхожу, мама молча меня обнимает и уступает мне стул. Я вдруг начинаю понимать тех матерей, которые, чтобы спасти своего ребенка, поднимают автомобили и подставляют грудь под пули. Я бы все отдала, лишь бы поменяться с Верой местами. Забрать ее страдания себе.

– Я никогда не говорила тебе, – шепчу я, наклоняясь к ее лицу, – как сильно сожалею о том, что долгое время была поглощена собой. Я знала: ты меня дождешься. – Я дотрагиваюсь до ее щеки. – Теперь я буду тебя ждать. Когда бы ты ни вернулась – через несколько дней или даже месяцев, – я никуда от тебя не денусь.

Я закрываю глаза и слушаю шум машин, подсоединенных к Вере. Какой-то аппарат начинает пищать ровнее и чаще. Медсестра поднимает глаза и хмурится.

– Что-то происходит, – говорит она, читая распечатанную кардиограмму. – Вызову-ка я лучше доктора Блумберга.

Как только она выходит из комнаты, Вера распахивает глаза. Ее взгляд фокусируется сначала на Кензи, потом на моей маме, потом останавливается на мне. Вера шевелит губами, пытаясь что-то сказать. Доктор Блумберг, влетев в палату, снимает с шеи стетоскоп. Наклоняется над Верой и, осматривая ее, тихо бормочет:

– Подожди, детка, тебе пока нельзя разговаривать."

"Он удерживает Верины плечики, а сестра по его команде вынимает из ее горла эндотрахеальную трубку. Вера кашляет, захлебываясь слюной. Наконец у нее прорезается голос.

– Мамочка, – произносит она хрипло, и ее перебинтованные ручки обхватывают мое лицо.

Глава 16

…Я был в морях

Пустынных одинок.

В таких морях, где даже Бог

Со мною быть не мог.

С. Т. Кольридж. Сказание о Старом Мореходе[38]

6 декабря 1999 года

Из-за сильного мороза снежинки не прилипают к асфальту, а кружатся под брюхом машины Мэрайи. Ложась на ее пути, они тут же вспархивают, чтобы не попасть под колеса. Мэрайя не отрываясь смотрит на дорогу. Она сосредоточенно думает о том, куда едет и когда прибудет на место.

– Доктор Берч, – говорит Малкольм Мец, – удалось ли вам в минувшие выходные побеседовать с Верой Уайт?

– Я был в больнице и видел девочку, но не разговаривал с ней.

– Почему, доктор?

– Она не могла говорить, поскольку находилась в коме.

– В таком случае вы, наверное, побеседовали с кем-нибудь из врачей?

– Да, я довольно долго разговаривал с лечащим врачом Веры. Он рассказал мне о симптомах и о результатах анализов.

– Пожалуйста, поделитесь с нами тем, что вам удалось выяснить.

– Причиной госпитализации стали кровоточащие раны на руках, происхождение которых неясно. Уже в больнице у девочки поднялась температура. Жар сопровождался конвульсиями, вскоре отказали почки. Произошла остановка сердца.