Цена согласия

Потому что снова близка к тому, чтобы накричать на Костю,сказать, что он не имеет никакого права так обращаться с людьми. Однако в моей ситуации это мало поможет. Или закончится сексом в машине.

Гончаров открывает дверь и ждет, когда я выйду на улицу, но я не тороплюсь этого делать.

— Скажи еще раз, ради чего я на это соглашаюсь? — уверенно требую.

В глазах напротив сейчас столько всего, что становится не по себе.

— Потому что тебя ждал тюремный срок, — цедит Гончаров.

— Хорошо, — киваю я. — Пусть так. Но, чтобы ты знал, я против фиктивной беременности. Я вообще против того, чтобы быть подсадной уткой. Но тебе все равно, так? Плевать на меня и мои чувства? — Голос против воли дрожит.

— Маша... — Костя чуть ли не силой вытаскивает меня на улицу. — Идем. Нас уже ждут.

34 глава

— Во-первых, это унизительно, — продолжаю стоять на своем и отговаривать Костю от шага с фиктивной беременностью, когда мы выходим от врача со справкой о том, что я теперь в положении.

Без понятия, что Гончаров с ней будет делать. Повесит в рамочку на стену? Приклеит мне на лоб, чтобы каждый прохожий видел, что я понесла от мужа?

— Во-вторых, не мелочился бы и оплатил снимок УЗИ с готовым ребенком. Всегда о таком мечтала. И в-третьих, я начинаю думать, что лучше бы ты ни от кого и ни от чего меня не спасал, потому что жизнь с тобой — самое настоящее зло. Я могу изменить решение и уйти от тебя на съемное жилье?

— Нет, не можешь, — безапелляционным тоном отвечает Костя, не обращая внимания на мое недовольство. — Меня сейчас больше беспокоит то, что у тебя овуляция, судя по УЗИ, а утром я слегка переусердствовал, делая тебе приятно, и забыл в душе о презервативе. Пора прекращать бухать, а то так и до реальной беременности недалеко. — Он трет рукой подбородок, не сводя с меня темных глаз.

— Давно пора прекращать, с твоими-то проблемами с сердцем. Удивительно, как еще одышка не появилась и оно исправно работает. Кстати, ты давно наблюдался у врача?

— Давно.

Костя тянется за телефоном и кому-то набирает сообщение, пока мы идем к его машине.

В меня точно вселились бесы, потому что я даже и не думаю в нее садиться, все еще злясь на Гончарова с его липовой справкой и разыгранным перед врачом спектаклем. Почему на людях он может вести себя со мной мило, но стоит нам остаться наедине, как надевает на себя маску? Или наоборот, снимает ее, показывая себя настоящего? Даже не знаю, что лучше.

— Садись, — кивает Костя, и на его скулах начинают ходить желваки, когда я отрицательно качаю головой.

— Скажи, что бы ты почувствовал, если бы я по-настоящему забеременела?

— Это крайне нежелательно, — говорит он, раздувая ноздри.

Всегда так делает, когда чем-то недоволен."

"— Я тебя спросила о том, что бы ты почувствовал, если бы это было по-настоящему.