Софья - королева данов (СИ)

И вот когда уже все устали от споров и горло у многих охрипло, я услышала голос Кнудссена.

- Мой отец был внуком короля Нильса и сыном Магнуса Сильного, претендовавшего на трон Швеции. Наш род по старшинству имеет право на корону.

Я закрыла на миг глаза понимая, что он прав. Только вот он забыл упомянуть, что Нильс был сыном наложницы и стал королем после смерти четырех законных сыновей короля. Но он был прав, а Магнус был старше Кнуда Лаварда, а мой брат Кнуд старше умершего Вальдемара.

- Я старше Кнуда...

Он говорил, а я думала о том, что муж сохранил ему жизнь и давал поддержку. Вальдемар не хотел пятнать свою душу детоубийством, не хотел чтобы этот грех пал на его детей. А что теперь ждет меня и моих детей? Девочек монастырь, а жизни сыновей будут зависеть от решения Кнудссена.

Громкий голос прервал мои размышления.

- Послание от папы Луция III и императора Фридриха, - произнес голос на языке данов.

В наступившей тишине я услышала шелест разворачиваемого свитка и затаив дыхание стала вслушиваться в происходящее. Голос звучал четко, но я услышала в нём какие-то знакомые интонации. Не сразу но вскоре, я поняла, посланник не из местных земель и язык данов ему не родной.

Вновь вслушавшись в слова, я поняла император в послании признает моего сына Кнуда королем данов, и говорит о своей поддержке. В послании явно звучала угроза, император готов был применить оружие, чтобы его союзник стал королем.

Посланник закончил читать и свернул свиток, вокруг зашумели вновь. Но их остановил прозвучавший голос уже Абсолона.

- Прислушайтесь к императору.

Посланник продолжил зачитывать следующее послание, уже от папы.

Голос зачитывающего, мне был явно знаком, в послании папа признавал моего сына Кнуда королем данов, и за ослушание грозил интердиктом[2] и даже анафемой[3]. Это была серьезная угроза, в прошлом году такому наказанию подвергся шотландский король Вильгельм I Лев. Королевство не могло оставаться без крещения младенцев, отпевания усопших, венчания. Этого бы не понял простой люд, и никогда бы не простил. Поднялись бы бунты, которых так хотели избежать собравшиеся на совет.

Посланник замолчал, и вновь раздался голос Абсолона:

- Я скажу одно, молодой король Кнуд внук святого Кнуда Лаварда. Он как никто, достоин быть королем!"

"Это был мощный удар, но тут вновь заговорил посланник.

- Папа провозглашает, - произнес он громко.

- Вальдемар Кнудссен по милости папы провозглашается принцем-епископом Шлезвига, архиепископ Абсолон подтверждает его право[4].

Посланник замолчал, вновь поднялся шум. Из-за него я не слышала, как посланник вышел.

Я не сомневалась, всё произошедшее было задумано Абсолоном и возможно было прижизненным решением мужа. Кнудссену не оставалось ничего другого, как подчиниться.