Соединенные Штаты России 2

Они выглядят как воины. Он сказал, тридцать семь… Может быть, сто тридцать семь, или может тысячу сто тридцать семь? Слишком уж много в них чужеродного. Можно ли верить его словам?»

Беседу начала сеньора Ангела:

— Давид, расскажи нам о своей семье.

Говорить и думать об этом, было больно. Горло у него перехватило и он, кашлянув, почти просипел:

— Когда они были живы, чем занимались? — голос сеньора звучал, как обычно, резко и сухо, но Давид краем глаза уловил, что женщина ткнула его острым локтем под ребра, как бы останавливая. Надо было отвечать, и юноша, несколько раз глубоко вдохнув-выдохнув, чтобы удержать слезы, заговорил:

— Мы делали украшения. Отец учил меня полировать камни. Покупали необработанные на рудниках или у купцов и придавали им нужную форму. Потом их вставляли в серьги или браслеты и продавали.

Цинк и Анжела переглянулись. Новость была хорошая, даже очень. В команде не было ни одного человека, который бы хоть немного разбирался в камнях. Нет, конечно, отличить стекляшку от ограненного сапфира Анжела была способна, но вот как выглядит тот же сапфир в природе, до огранки — понятия не имела. Если парень гранил камни, он, по крайней мере, представляет, как они выглядят в земле.

Оставалось только договориться с ним и не напугать.

— Чему тебя учили дома?

Для Давида вопрос был странным и неожиданным. Если они демоны, и им нужны души, то какая разница?

Неловко пожав плечами, он ответил:

— Разному учили, сеньор Цинк. Немного математики, алхимии, закону божьему.

Следующий вопрос прозвучал уж совсем неожиданно:

— Чем ты хочешь заниматься?

Анжела, несколько раздраженно глянув на Цинка, смягчила:

— Давид, мы собираемся идти вглубь материка. Конечно, нас встречают здесь как друзей, но ситуации могут быть очень разными. Не исключено, что там будет опасно. Пойми правильно, мы не собираемся бросать тебя, но хотелось бы знать, чем ты захочешь заниматься.

Давид неуверенно ответил:

— Я не представляю, сеньора Ангела. Язык, на котором здесь говорят, мне совершенно незнаком, так что переводчиком я быть не смогу. Да вам, я вижу, переводчик и не требуется.

— Почему ты заговорил о переводе? Ты знаешь не один язык?

— Четыре, сеньор Цинк.

Они снова переглянулись, и Давид снова не смог понять, о чем они думают.

— Твоя семья занималась торговлей?

— Конечно, сеньор Цинк, — Давид даже удивился странному вопросу и повторил: — Мы с отцом гранили камни и отправляли их в Севилью к дяде Якобу. Он с сыновьями делал украшения и вставлял камни туда. А потом, это все продавали.

Чужаки снова переглянулись и женщина заговорила:

— Давид, мы хотим взять тебя на службу. Нам пригодятся твои умения, и мы будем тебе платить. Но… — она замялась.