Соединенные Штаты России 2

Похоже, им и раньше приходилось биться бок о бок в паре, и они прекрасно поняли друг друга.

Сам он двинулся Быку навстречу, а второй, попытался зайти с левой стороны. Впрочем, для Василия, такие приемы были не просто не в диковинку, а казались настолько очевидны, что Рим даже сдержал себя, чтобы не улыбнуться: «Как гопники начинающие, право слово! Нет, понятно, что современной нам школы боя у них не существует, но все же…»

Бык между тем, поймав на взмахе руку первого бойца, неожиданно быстро и плавно переместился ему за спину. И только хруст позвонков дал понять зрителям, что это уже не соперник.

К чести оставшегося в живых, отступать он даже не подумал.

«Все же понятия воинской доблести у них с молоком матери всосано, — одобрительно подумал Рим. — Если перетянем ребяток на свою сторону и начнем учить, всякие там Кортесы кровавыми слезками умоются.».

Со вторым противником Бык справился так же молниеносно. Прыжок, удар…

Выбив правой ногой оружие соперника, он полностью, на триста шестьдесят градусов, провернулся на левой пятке и перед тем как распрямиться, в воздухе подхватил у самого пола падающий нож. В тот же момент, четко встав уже на обе ноги, воткнул бойцу лезвие в низ живота и одним тянущим движением рассек тело почти так же, как делал жрец: от паха до яремной ямки.

Конечно, таким ровным разрез не вышел: возле грудины, с правой стороны, там, где лезвие столкнулось с реберными хрящами, он просто продавил лезвие силой, но сделал все это с такой скоростью, что вряд ли кто заметил заминку.

Несколько секунд боец инстинктивно пытался соединить распадающееся тело, щедро плеща кровью на собственные руки.

Опустился на колени…

Потом лег, стараясь свернуться калачиком и через минуту конечности перестали подергиваться.

Император вскочил с трона и крикнул:

Среди придворных возникла некоторая заминка. Рим, заметив, что солдаты на задней линии снимают луки, но пока не решаются стрелять, потому что толпа перед ними слишком густая, не стал дожидаться дождя из стрел, а коротко бросив своим: «Мой выход», рывком преодолел расстояние до трона.

Церемониться он не стал.

Армейский нож удобно и привычно лег в ладонь, тело императора безжизненной куклой свалилось с золоченых ступеней: из левого глаза торчала черная рукоятка именного оружия Разумовского.

Рим садился на трон в полной тишине. Его бойцы неторопливо шли, перешагивая через тела погибших. Только Цинк на мгновенье наклонился и, выдернув нож из глазницы императора, тщательно вытер его о разноцветную накидку покойника. И никто во всем зале не рискнул заступить им дорогу. Скрип встал рядом с троном.

Кресло было жестковатым.