Содержанка

Делая приятнее.

Как бы там ни было… забыться. Расслабиться и не думать. Пусть так.

Робко обнимаю Алекса за шею, провожу по волосам на затылке… Обалдеть, какие они жесткие! Раф обнимает в ответ и углубляет поцелуй.

От смеси стыда, шока и удовольствия я окончательно хмелею. Его язык, который прежде оставался невостребованным, бесцеремонно проникает в мой рот, вкус слюны оказывается последней каплей. Я вцепляюсь Рафу в плечи. Не хочу, чтобы он останавливался. Приехала делать глупости, сумасшедшая.

Наши языки сплетаются, и пульс тарабанит. Алекс прерывает поцелуй, ведет губами по моей щеке, задевает мочку уха. Я сжимаю ткань его рубашки, впиваюсь в кожу пальцами. Он тут же возвращается ко рту, а дальше… целует по-взрослому. Его язык облизывает мой, запаха и вкуса становится много. Очень. Захлебнуться этим всем можно.

Сердце бешено гоняет кровь, та разносит алкоголь, смятение и жажду к каждой клеточке. По телу дрожь — незнакомая, сильная. Мыслей не остается. А поцелуи — всё более глубокие. Дыхание частое. Прикосновения пальцев к плечам и спине нетерпеливые, но пока неуверенные.

И лишь один стыд, как громкая сирена внутри, ни на мгновение не затыкается. Как потом объяснять себе этот поступок?! Как? Господи! Этот парень мне даже не нравится!

Раф отрывается, в этот момент я впервые вижу в его глазах тот гремучий коктейль, который никогда не забуду: искрящаяся смесь интеллекта и безумия. Тело током простреливает, оно отвечает на сильную жажду находящегося рядом мужчины.

Стыд становится едкой приправой к удовольствию, делая его запретным. Равский шумно вздыхает и прижимается ртом к моей шее.

Глава 7

Ощущения новые и от того ошеломительные. Они, наверное, сродни наркотику, потому что вызывают мгновенное привыкание. Дофамин шпарит в кровь тоннами, я откровенно задыхаюсь, когда Раф… всего лишь целует шею.

Сминает грудь через платье. В ответ я робко обнимаю его, царапаю затылок. Происходящие и пугает, и одновременно нравится.

Все они хотели, чтобы я была с ним. Пожалуйста. Проданная сломанная кукла. Разбегаюсь и прыгаю в пропасть назло всему миру. Слушаюсь, хотя нутро такому удовольствию противится.

Наши губы вновь встречаются. Я послушно отзываюсь на ласки языком, которые становятся всё увереннее. Раф быстро расстегивает пуговицы на рубашке. Сердце бахает.

— Давай аккуратно тебя подвинем, — предлагает он, — чтобы ногу не потревожить.

— Я в порядке. — Сама перекатываюсь на бок, уступая ему половину дивана.

— Продолжим?

— Да. Конечно, — выдыхаю.

Все происходит быстро, почти не успеваю за событиями. Едва Алекс ложится рядом, тут же крепко обнимает. Он везде! Всюду! Я ощущаю запах, пропитываюсь им.

Мы целуемся так много, что с непривычки лицевые мышцы сводит, но отказаться нет ни сил, ни желания.