Собственность Дьявола. Право на семью (СИ)

— Я бы так не сказала. Какое-то не очень доброе у тебя сегодня утро. Как прошла встреча с подругой?

— Всё отлично, если не считать встречу с отцом моих детей.

— О, господи, где? — няня замирает с чашкой горячего чая в руке.

— В ресторане. Не знаю, как меня угораздило выбрать именно то место, — подцепив ложечкой кусочек банана, съедаю его. — Я едва ли не спалилась. Заметила Исаева, как только он вошёл в зал. Пришлось импровизировать дуру и прятаться под столом…

— Не узнал? — взволнованно.

— Не думаю. Я для него умерла. Теть Тома, папа начал вспоминать, — говорю, ощущая невероятную тоску по отцу. Мне так его не хватает. Если бы не Тома Васильевна, которая заботится о моих детях, как о внуках, и заменяет мне мать, я бы, наверное, слетела с катушек.

— От кого узнала? От Милы?"

"— Руслан с ней разговаривал. Просил Милану рассказать папе о моей смерти. Боже, я не представляю, что будет, если он узнает об этом раньше, чем я до него доберусь. Ещё одного потрясения папа не вынесет, — оторвав влажные глаза от тарелки, вскидываю лицо к верху и часто моргаю, чтобы не плакать. — И как теперь быть, теть Том? Как мне его к нам забрать, ума не приложу. Одна надежда на Геру. Боюсь, мне придётся столкнуться с Русланом лицом к лицу. Я не хочу, чтобы он узнал о детях. Не хочу для него воскресать. Потому что даже паспорт с другим именем и фамилией, как у Георгия, меня не спасёт.

— Крепись девочка, — няня сжимает моё плечо в знак поддержки. — Если встречи не миновать, придётся попытаться внушить, что дети не его. Тем более, у малышей отчество по деду Виктору. Да и записаны они семимесячными. Астафьевы они. Как бы не складывал Исаев пазлы, не выйдет сложить. Дашь ему версию с выкидышем и пусть думает, что хочет, псих несчастный.

Поставив чашку на стол, Тома отвлекается на приготовление обеда.

— Я видела его с беременной девушкой. Он носит обручальное кольцо. Что, если он снова женился?

— Ты серьёзно? — уронив на столешницу нож, няня хватается рукой за щеку и тут же оборачивается ко мне с круглыми, как блюда, глазами. — Ох, Машка. Не можешь забыть ты его. Вот поэтому и счастье в дом не впускаешь.

— Я счастлива. У меня дети есть. Ты, папа, Георгий, подруга…

— Это всё не то, — подходит. Обнимает. Прижимает к себе мою голову. Жалеет. И я снова не сдерживаю слезы, черт бы их побрал! — Мужчина тебе нужен. Любимый. Нельзя жить ради детей. Ещё и для себя нужно. Когда мать счастлива, тогда и дети будут купаться в счастье. Я вот за Геру волнуюсь. Вижу, как смотрит на тебя, и у меня душа выворачивается наизнанку. Он ведь всё в себе держит. Переживает. Тяжёлую ношу взвалил на свои плечи. Слишком тяжелую. Хоть бы выдержал.

* * *После завтрака принимаю душ. Затем мы с Томой купаем двойняшек, играя с ними.