Собственность Дьявола. Право на семью (СИ)

Боже, мама, кто тебя надоумил? — интересуюсь, выйдя из кратковременной комы. — Как ты себе представляешь «завести ребёнка»? Сам себе его рожу?

— Не иронизируй, сынок, — поднявшись следом за мной с дивана, мама сокращает расстояние. Кладёт ладонь на моё плечо. В знак поддержки сжимает. — Сейчас для этого конкретная женщина не нужна. Донорские эмбрионы для программ ЭКО тебе о чём-то говорят? — в глаза заглядывает."

"— Да. Прости, но ты немного не в себе. Вот о чём они мне говорят, — сверлю мать ошеломлённым взглядом. — Я недавно жену схоронил. Приди в себя.

— Серьёзно? — опешив от моего заявления, поджимает дрожащие губы. Глаза от влаги начинают блестеть. Ну, блять! Мне только слёз её сейчас не хватало… — Значит, если я хочу внука, тогда, по-твоему, я сумасшедшая? Тебе известно, как я люблю Тимофея. Я прикипела к нему душой. А потом у него нашёлся родной отец. Меня лишили внука. И как бы там ни было, он по сей день для меня остаётся сыном Андрея. Я его из пелёнок вырастила. Мне приходится звонить Яне и просить хоть изредка его привозить к нам. Сынок, я внука хочу. Твоего собственного. Чтобы любить его и лелеять. И чтобы ни одна душа не заявила на него права! Хочу, чтобы он был только твой. Твой родной ребёнок и наш с отцом внук. Или внучка. Мы с папой не вечные. Я хочу, чтобы ты обрёл смысл в жизни. Люби Машу, но не обрекай себя на одиночество. Я так боюсь тебя потерять. Посмотри, — раскрывает планшет и буквально впихивает его в мои руки, — вот эта клиника с безупречной репутацией входит в ТОП-десяти лучших клиник ЭКО. Я даже выбрала суррогатную мать.

— Мам, прекрати, — пытаюсь вернуть ей планшет, но застываю как вкопанный. Сердце в груди делает кульбит. Ладони потеют. Прошибает холодный пот. Взглядом сканирую настолько похожую копию своей покойной жены, что дурно становится. Сглатываю, поднимая на маму шокированный взгляд.

* * *— Это выстрел в живот. В упор. Ты в курсе? Даже не в сердце. Потому что нет возможности сразу умереть и не мучиться. Не истекать и не захлёбываться собственной кровью. Ты хуже монстра, мама…

Дрожащими руками швыряю планшет на диван. Туда же отправляю свой пиджак, в котором стало слишком жарко.

— Руслан, — мать пытается меня успокоить, поглаживая по груди, — ты сейчас так говоришь, потому что память ещё свежа. Чувства не остыли. Они и не остынут, а если доводить рану до гангрены, можно остаться инвалидом. Понимаешь, о чём я?

Перехватываю её кисть. Аккуратно снимаю с себя и отпускаю, уходя к бару.

— И что ты хочешь, чтобы я сделал? Подписал с ней контракт на ребёнка?

Плеснув в бокал алкоголя, делаю пару глотков. Этанол обжигает пищевод, перекрывая дыхание.

Откашливаюсь.

— От тебя требуется биоматериал. Всего лишь, — спокойно увещевает мать.