Собственность бандита

Но разговаривает он по-русски чётко. Акцент есть, но едва уловим. Я всё гадаю, откуда начинаются его корни. Наверное, скоро узнаю. Он тащит меня в своё логово. Зверь мчится в уютную норку с весьма ценным трофеем в зубах.

— Замёрзла? — я вздрагиваю, когда слышу прохладный, томный голос.

Данте ловко стягивает с себя кожаную куртку и бросает её мне на плечи. В ноздри врывается головокружительный запах крепкого мужчины, табака и резкого парфюма. Как наркотик, этот аромат выбивает меня из колеи, закручивая мысли в голове каруселью. Приятная ткань хранит в себе жар мощных мускулов. Я начинаю краснеть, кутаясь в одежду мужчины практически с головой, лишь бы он не смотрел на меня так внимательно. Ведь находясь под прицелом его властного взгляда, я чувствую себя абсолютно голой. Мою одежду разорвали в клочья. Его опасные аквамариновые глаза с вкраплениями льда по краям притягательной радужки.

— Как себя чувствуешь? — тон бандита становится мягче, как будто он демонстрирует мне заботу.

— Нормально, — тоненько пищу я, стараясь говорить чётко и ровно, без намека на страх, но предложения в мыслях рвутся как волокна. Ничего, скоро я привыкну. Мой организм сильнее, чем он думает. Я ко всему с лёгкостью адаптируюсь. Нужно лишь немного времени.

— Через десять минут будем на месте, — он коротко кивает, опять погружается в телефон.

На горизонте мелькают высокие деревья. Кругом зелено, чисто. Над головой мелькает голубое-голубое небо. Мы находимся где-то за городом, почти добрались до леса. Я никогда не была в здешних краях и вообще не знала, что они существую. Встречных машин практически нет. Вереница притормаживает у крутого поворота, что ведёт к рыхлой неасфальтированной дороге. Крутой поворот, водитель газует, оставляя позади нас шлейф пыли. На несколько секунд мы будто скрываемся в тумане, а когда пыль рассеивается, я мысленно охаю. Мы въезжаем с загородный посёлок. Он небольшой, но через каждые сто метров мелькают посты с охраной. Водитель сигналит охраннику на шлагбауме, тот спешно пропускает нас вперёд, ещё и честь отдаёт у виска.

Три минуты, вереница притормаживает у больших металлических ворот тёмно-коричневого цвета. Короткий сигнал, они распахиваются — и все три машины газуют внутрь огромной, нет, просто гигантской территории, в центре которой виднеется роскошный многоэтажный особняк из красного камня.

* * *Я буквально подпрыгиваю на сидении, когда слышу, как позади меня бьются друг о друга массивные створки тяжёлых ворот. Хлопок. Назад дороги нет. Они захлопываются как в замедленной съемке, и этот момент надолго отпечатывается в подкорке, как один из значимых в моей жизни, а я понимаю, что всё, это конец. Там, за их острыми краями, будто осталась моя свобода. И теперь я в клетке.