Соблазненная

Пора было ложиться спать, но я все не решалась подойти к кровати, где недавно лежал покойник. Пусть даже этим покойником была я сама.

А еще я ждала, что за мной придут. Дайре обо всем догадалась, и я боялась, что в спальню вот-вот ворвутся люди с факелами и вилами. Недаром из уст девочки прозвучало слово «ведьма».

Но время шло, никто не приходил. Лишь несколько раз я слышала легкие шаги в коридоре, а, когда выглянула за дверь, нашла на пороге поднос с чаем, свежую выпечку и баночку с мазью. Горничную все-таки заставили принести мне еду и лекарство, но входить в комнату она не рискнула.

Я забрала поднос. Сперва нанесла лекарство на шею и сразу ощутила облегчение. Мазь приятно холодила кожу, притупляя боль. Потом я с удовольствием поела. Булочки были выше всяких похвал. Румяные, пышные. Тысячу лет не ела домашнюю выпечку. Магазинная это не то.

Стоило поесть, и сразу начало клонить в сон. Ничего не оставалось, как лечь на кровать. Я свернулась калачиком и обхватила колени руками. Надо отдохнуть. Мои злоключения только набирают обороты. Я толком не узнала, где нахожусь и как сюда попала. А ведь еще предстоит выяснить, как вернуться.

Задерживаться в этом явно недружелюбном мире я не собиралась. Может, меня дома не ждет семья, но там работа, друзья, квартира. Кот, в конце концов. В общем, целый мир, которым я вполне довольна. И я не хочу менять его на жизнь девушки-самоубийцы.

Усталость взяла свое, и я заснула. Мне снилась родная улица. Я возвращалась домой поздно вечером, горели фонари. Возле подъезда на лавочке сидела незнакомая старушка. Я бы прошла мимо, но она смотрела прямо на меня.

— Вам помочь? — спросила я.

А в ответ услышала самый странный вопрос в своей жизни:

— Если бы ты умирала, согласилась бы бросить все, чтобы выжить?

Ну, понятно. Бабушка нездорова. Судя по ухоженному виду, она не с ближайшего вокзала. Вышла из дома, потерялась. Ее наверняка ищут родные, с ума сходят. Я засунула руку в карман плаща. Вызову скорую, пусть бабушку заберут в больницу. Ночи сейчас холодные.

— Когда тебе задают вопрос, Лена, надо отвечать, — заметила старушка строго.

Я застыла. Откуда она знает мое имя?

— Ну так как, бросила бы? — настаивала она.

Я слышала, что с больными лучше не спорить. Поэтому кивнула:

— Конечно, бросила. Жизнь важнее.

— Это хорошо, — улыбнулась она. — Скажи тогда вот что. Какое у тебя самое заветное желание, Лена?

Я резко вынырнула из сна, будто меня кто-то встряхнул. За окном уже рассвело, но я долго сидела на кровати и приходила в себя. Странный сон. Кажется, все это действительно случилось со мной. Еще там, дома. Был вечер, была бабушка на лавке и был этот ненормальный разговор. Вот только я никак не могла вспомнить, что я ей ответила. А жаль, это казалось важным.