Соблазн (СИ)

 — Как себя чувствуешь?

— Что… делаешь? Ты… здесь… Что ты здесь делаешь? — похоже, с изложением мыслей у него и правда проблема в последнее время.

— А на что это похоже?

— Только не говори, что ты провел здесь всю ночь… Ладно, — поднял руку Дмитрий, — спасибо за участие, но мне уже легче, так что можешь идти домой. Тем более тебе скоро на работу.

— Сегодня первое мая, не думаю, что там будет кто-то кроме охраны, — поднимаясь и включая чайник, спокойно проговорил тот. — Так что, так или иначе, тебе придется смириться с моим присутствием.

Дима не верил своим ушам.

— Зачем ты это делаешь?

— Ну нельзя же оставлять своего стратегически-важного сотрудника одного умирать. Какой бы из меня тогда был босс? — все так же спокойно ответил Алексей, открывая холодильник и разворачивая деятельность, будто у себя дома.

— От обычной простуды еще никто не умирал, — пробубнил тот.

— Ты просто не видел себя в зеркало вчера. А теперь марш обратно в кровать и чтоб я больше звука от тебя не слышал!

Это было сказано таким приказным тоном, что Диме даже в голову не пришло сопротивляться. Но для начала он все-таки зашел в ванну и посмотрел на свое отражение. Фиолетовые синяки под глазами, красный нос и сухие потрескавшиеся губы, а на голове мочалка вместо волос. Несомненно, инфузория-туфелька в тысячу раз сексуальнее его.

Дмитрий вернулся в комнату и, достав из шкафа свежую одежду, пошел в душ. Приведя себя более-менее в порядок, он вновь улегся в постель, а Алексей принес ему завтрак и большую чашку горячего чая с лимоном.

«Зачем он это делает?» — безмолвно поражался Дима, наблюдая, как тот целый день провел у него в квартире, периодически покидая ее, чтобы сходить в магазин или аптеку. Они почти не разговаривали, потому что стоило Дмитрию принять лекарство, как он тут же проваливался в глубокий сон и спал по несколько часов. А потом опять его кормили, поили, давали лекарство, и он опять засыпал. Вечером позвонила Аня, чтобы поинтересоваться, что ему нужно, потому что она собралась ехать к нему. Дмитрию стоило нечеловеческих усилий, чтобы убедить ее не приезжать и поклясться, что он уже практически здоров.

Когда он положил трубку, то понял, что им с Алексеем нужно поговорить. И нужно было сделать это немедленно, пока в нем не растаяла его решимость. Поэтому, когда тот в очередной раз принес ему горячий чай и лекарство, он произнес:

— Аня звонила, хотела прийти навестить меня.

— Но я не думаю, что это хорошая мысль, чтобы вы столкнулись с ней здесь.

— Потому что ты ей нравишься.

— Да, она тоже не плохая.

Да уж, весьма конструктивная беседа, ничего не скажешь.