Соблазн (СИ)

— В общем, интересовался, не собираюсь ли я возвращаться, — он поставил одну тарелку перед Алексеем, а вторую напротив, и тоже уселся за барную стойку.

— И, естественно, нет. Ты же без меня здесь пропадешь.

— Он предлагал тебе работу? — беря вилку в руку, как бы между делом поинтересовался Алексей.

— Угу, — кивнул Дима, — сказал, что у них всегда есть для меня место.

— Может, стоило согласиться? — Алексею совсем не нравился этот разговор, как и гипотетическая возможность отъезда Дмитрия, но он не смог удержаться от этого вопроса.

Дима перестал на миг жевать и удивленно взглянул на Алекса. Тот пожал плечами.

— Теперь ты от меня так просто не отделаешься. Так что тебе остается только смириться с этим, — повторил он его фразу, улыбаясь.

Алексей расслабился, и дальше они сменили тему на более нейтральную.

— Как ты думаешь, когда лучше начать перевозить вещи? — поинтересовался он.

— Какие вещи? — не понял Дима.

— Твои, естественно. Я освобожу половину шкафа.

Дмитрий несколько минут думал, тщательно пережевывая пищу, пока Алекс не сводил с него внимательного взгляда. Наконец, он произнес:

— Думаю, в выходные.

Внутри Алексея мгновенно стало тепло и спокойно. Он не до конца был уверен в том, что Дима согласится. Но теперь, когда он сделал такой серьезный шаг, как признание их отношений, у него было больше шансов получить положительный ответ. И он его получил. Алексей поднялся и, обойдя стойку, поцеловал его.

— Не могу дождаться.

Следующие несколько дней офис все еще продолжал гудеть как растревоженный улей, всякий раз, когда кто-то замечал, как они вместе приезжали на работу или вместе уезжали. И, хотя Алексей больше не шокировал сотрудников показательными поцелуями на публике, их отношения с Дмитрием оставались самым обсуждаемым событием. Никита не избегал его, но эту тему они пока не поднимали, потому что тот так до сих пор и не был в состоянии понять произошедшие с его другом метаморфозы. Наталья с Павлом тоже усиленно делали вид, что ничего не произошло, хотя он то и дело ловил на себе их взгляд полный искреннего замешательства. Один Олежка светился как лампочка Ильича, не уставая восхищаться, как им друг с другом повезло.

В четверг утром, когда Алексей допивал свою очередную порцию кофе, в его кабинет вошел Никита. Выражение его лица вряд ли можно было назвать спокойным. На нем растерянность быстро сменялась гневом, который уступал место безысходности.

— Привет, Ник. Что-то произошло? — поинтересовался Алексей, заметив эту гамму эмоций.

— Ты видел это? — тот протянул ему какую-то газету.

— Ты же знаешь, у меня нет привычки читать желтую прессу, — усмехнулся он.

— И напрасно, — ответил тот, — особенно когда эта желтая пресса пишет о тебе.