Собирай меня по осколкам

Свела руки перед собой, а потом вдруг подскочила и побрела к подоконнику в дальнем темном углу. Я тоже поднялся. Забавно все-таки находится в больнице, смотреть на худенькие плечи Уваровой. Пару месяцев назад я бы не поверил, что буду стоять настолько близко к своей ненормальной девчонке. Странная все-таки штука судьба. Интересно, мы сами вершим ее или кто-то сверху управляет.

Я приблизился к Маше. Потом сделал шаг и еще один. Чуть наклонился, вдыхая давно знакомый запах. Она всегда пахла летними ягодами: сладкими, порой кисленькими, но безумно вкусными.

- Луна красивая сегодня, - произнес практически ей на ушко.

- Зима вообще напоминает сказку, когда снег лежит. – Почти неслышно ответила Уварова, продолжая стоять ко мне спиной.

- Ты еще злишься на меня? – спросил тихо, продолжая вдыхать ее запах, разглядывая каждый сантиметр тела. Маша скрестила руки на груди, а я вдруг перестал себя контролировать: коснулся пальцем ее плеча. Прошелся вниз, до локтя, легонько, едва дотрагиваясь ткани платья.

- Тимур, - голос Маши меня опьянял, дурманил. В груди что-то щелкнуло, и сделалось тепло. Наверное, это звезды зажглись.

- Маш, - прошептал, опыляя своим дыханием ее шею. Она выпрямилась, а я вновь коснулся пальцем ее плеч, теперь уже обоих.

- Что ты… - не сопротивлялась, просто спрашивала, давала мне шанс. Уверен, мы оба хотели этого. Сердце у меня разрывалось от одной мысли, что я стою рядом с Машей, что могу трогать ее. Дыхание перехватывало, казалось, все рецепторы притупились, кроме тактильных. Мне безумно не хватало этого ощущения: быть рядом с ней, с девушкой, от которой срывает крышу и ломаются тормоза.

- Маш, - смокал ее имя, какое же оно оказывается космическое.

- Тимур, - она резко повернулась, посмотрела на меня снизу вверх. Глаза ее переливались огоньками, смотрели прямо в душу, которую я умело прячу ото всех. Пару секунд тонул в этом взгляде, потом скользнул к губам: алым, пухлым и очень сочным. Она тоже не отрывал глаз от меня, и тоже смотрела на мои губы.

- Эй, ненормальная, не ругайся потом, ладно? – предупредил, не в силах больше выдержать напряжение, которое творилось между нами. Я хотел ее, черт возьми. Уверен, она тоже хотела меня.

- Чт… - но договорить Маше было не суждено. Пуля на вылет и дикое желание сорвалось во все тяжкие: я наклонился, обхватил ее за шею и прильнул к губам. Жадно, страстно. Это был пожар, идущий из моей души. Упоительный, яркий, и бесконтрольный. Он не должен был никогда закончиться.

Это был поцелуй со вкусом тоски, разделяющей нас почти три года. Поцелуй со вкусом ее помады, которую я должен был забыть, но почему-то до сих пор помню. Поцелуй ненависти и боли. Я отчетливо чувствовал, как она меня ненавидела. Поцелуй моих внутренних страданий без нее.

Поцелуй пламени и льда.