Собирай меня по осколкам

Взял сырник, обмакнул в малиновое варенье и откусил кусочек. Творог таял во рту.

- Она ужасная, - закатила глаза Уварова, делая глоток чая.

- А вдруг в постели космос?"

"- Тебя только постель и интересует, - стрельнула взглядом Маша, словно еще немного и мне попадет вживую.

- Конечно, - кивнул, улыбаясь белозубой улыбкой. – С тобой очень даже интересует. Может, сходим? Повторим?

- Авдеев, - смущенно ответила она. Я протянул руку и положил поверх ее ладошки, крепко сжимая.

- Что? – игриво произнес, не сводя с нее глаз.

- У тебя руки горячие.

- А у тебя холодные.

- Это плохо, - вздохнула Маша.

- Это отлично, - махнул головой, замечая, как уголки ее губ тянуться вверх.

- Почему?

- Потому термодинамическое равновесие.

- Что? – засмеялась Уварова, разрывая наши переплетенные пальцы.

- Это значит, что с холодным мужиком ты превратишься в айсберг, а…

- А ты с горячей дамой расплавишься в пучине лавы? – прервала меня Маша.

- Ну… - я отвел взгляд, пытаясь не выдать смешок.

- Авдеев! – прорычала моя ненормальная. Под столом притоптывала ножкой, в глазах так и читалось: «еще одно левое слово и тебе хана».

- Работать надо! Черт, - я резко подскочил, закинув в рот последний сырник. Только развернулся к дверям, как мне в спину прилетело полотенце. Да так сильно, что даже немного больно.

- Ай, - театрально завыл. Скорчил мордашку котейки, которого обидели.

- Не верю, - поджала она губки, скрестив руки перед собой.

- Эй, ненормальная! – прикрикнул, но больше в шутку, конечно.

- Что? – она тоже прикрикнула. Поднялась из-за стола, подошла ко мне и вдруг обвила руками вокруг шеи, приподняв подбородок выше. Я не стал долго дожидаться: положил ладони Маше на талию, притянув к себе.

- Какая ты у меня…

- Какая? – спросила Уварова игриво, едва не касаясь губ.

- Моя, - произнес нежно почти шепотом, а потом все же наклонился и поцеловал ее.

Глав 39 - Маша

Прощались мы с Тимуром как-то уж больно долго: почти час. Стояли в подъезде и целовались. Сперва возле дверей Авдеева, потом он пошел провожать меня к первому этажу, и там опять случились жаркие поцелуи. В этот момент как раз заходила бабулька, а Тим прижимал меня к стенке, скользил губами в области шеи, а уж его шальные руки проникали, куда не положено - под расстегнутую куртку. Пожилую даму наше страстное прощение не устроило и она, конечно, высказала свое фи.

- Бесстыдники!

- Мы такие, - не растерялся Тим. Выдал свою фирменную улыбочку и чуть не получил пакетом по голове. Вовремя его отправила на второй этаж, а сама убежала на улицу. Юмор из него так и льется: конца и края нет.

Пока ехала к папе, Авдеев активно присылал мне сообщения, а я не переставала ловить себя на мысли, что за спиной выросли крылья. Счастье снова вернулось на мою улицу. Правда пока не официальное, но тут и без слов все понятно.