Собака, которая спасла мир

 – Кто тут у нас?

Безо всякого предупреждения Рамзи кидается в сторону и несётся через лужайку.

– Эй! Ты маленький… а ну вернись! – Но уже слишком поздно, и полицейский осознаёт, что если он погонится за Рамзи, тогда я тоже убегу, и он может упустить нас обоих. Так что вместо этого – и совершенно вопреки нашим ожиданиям – он поворачивается ко мне и хватает меня за плечи, не успеваю я и шагу ступить.

– Фу. Что за?..

Я – как я уже, кажется, упоминала – с ног до головы измазана собачьим навозом, и рука полицейского соскальзывает в тот самый миг, когда мистер Мэш издаёт угрожающий рык и надвигается на него, обнажив зубы. Полицейский пятится.

– Отзови свою собаку, милочка. Это вообще-то противозаконно.

– Мистер Мэш… – начинаю я, но пёс не слушает. Вместо этого он продолжает наступать на полицейского, натянув поводок на всю длину, и разражается рыком и лаем.

Я уже понимаю, что произойдёт дальше: полицейский всё пятится, и хватает одного заключительного ворчания мистера Мэша, чтобы мужчина запнулся о край компостной ямы.

– А… а-а-а… не-е-ет!

Взмахнув руками, он падает спиной вперёд в яму и неуклюже приземляется на бок. Одна его рука погружается в жижу, второй он шарит по краю ямы.

Это наш единственный шанс. Я разворачиваюсь и несусь, а полицейский начинает выбираться наружу, но поскальзывается и снова падает. Мистер Мэш мчится впереди меня.

– Стоять! – эхом несётся мне в спину.

Я бегу и бегу. У ворот во двор к нам присоединяется Рамзи, и мы продолжаем бежать, через новый район, держась проулков. Все мысли о запахе и грязи вытеснила из моей головы единственная цель: убраться как можно дальше."

"А потом мы пробегаем по дорожке между двух домов и оказываемся на поле, где стоит мамино дерево, а там бежим вдоль забора, обрамляющего коровье пастбище. Я наконец вижу наш амбар, и только когда мы оказываемся возле него, я открываю замок ключом, спрятанным под цветочным горшком, и мы входим внутрь, жадно глотая воздух, впервые с тех пор, как начали бежать, мы можем обменяться словами.

– Джорджи… – хрипит Рамзи.

– Что?

– Ты воняешь!

Мы оба покатываемся со смеха и продолжаем смеяться как полоумные, хотя на дворе два часа ночи. Я включаю шланг за тёмным амбаром и принимаюсь за непростое дело – пытаюсь почистить нас двоих и мистера Мэша.

Я всё думаю о том, как мистер Мэш рычал на полицейского, и о постере на стене моей спальни:

Не кусайся, если рыка достаточно.

Мистер Мэш считает, что поливка из шланга – это невероятно весело, и пытается укусить струю воды. Я с печалью думаю, что прежде чем мы сможем снова повеселиться, пройдёт какое-то время. Нам придётся очень хорошо его прятать.

Только тогда я осознаю, что он, вообще-то, может быть болен.