Соавторы

- Все-таки я насчет фантиков не поняла, - призналась Настя.

- Фантиками я называю всякую показуху. Водителя, например, или охранника. Что я, машину водить не смогу? Да, не умею, но не потому, что бестолковая, а потому, что муж мне учиться не разрешает. Зачем, говорит, учиться, если я тебе водителя дам? Для него важно, чтобы у него жена на машине с шофером и охранником разъезжала. Чтобы другие люди видели и говорили: Алишер - большой человек. Вот я и говорю: фантики.

Обертка блестящая для дешевой карамельки.

- Это вы себя называете дешевой карамелькой? - поразилась Настя.

Уж чего-чего, а таких слов от жены богатого ресторатора она никак не ожидала.

- Да не себя, - с досадой ответила Нора, - а суету эту показушную. Запер меня в золотую клетку. Ладно, хватит об этом, давайте о Леночке поговорим.

- Давайте, - с готовностью согласилась Настя. - Вы сказали, что познакомились в июле, незадолго до свадьбы Егора и Елены. Какое впечатление она на вас произвела?

- Я обрадовалась. Я ужасно обрадовалась, что теперь у меня будет нормальная подруга.

- Вот даже как? У вас что, дефицит подруг? - не поверила Настя.

- Я вам объясню…

Уразова вздохнула так горько, что Настя на мгновение забыла и о крупных бриллиантах в ее ушах и на пальцах, и о немыслимой стоимости накидке с отделкой из шиншиллы, и о водителе с охранником. Перед ней сидела несчастная одинокая женщина, хотя совершенно непонятно, как можно быть одинокой, имея мужа и четверых детей. Кажется, Чеботаев что-то такое говорил и насчет пятого ребенка.

- Меня выдали замуж за Алишера, когда он овдовел.

Он поздно женился в первый раз, взял совсем молоденькую, она умерла в родах, и ребеночек тоже. В общем, когда он сговорился с моими родителями, ему было уже за сорок, а мне восемнадцать. Меня поставили перед фактом, я никогда Алишера прежде не видела. У нас так принято. Вы не знали?

- Знала, - кивнула Настя, - только я думала, что это все осталось далеко в прошлом. Я про это в книжках читала.

- Да нет, не в прошлом. Мы так живем. Не все, конечно, но многие. Женщина должна сидеть дома и воспитывать детей. Детей должно быть много. Поступать в институт Алишер мне не дал, я сразу начала рожать. Вы только не поймите меня превратно, я своих детей обожаю. Но мне скучно. Мне скучно сидеть дома и строить из себя барыню. Алишер приглашает в гости своих друзей и партнеров с женами, но я с ними не могу найти общий язык, они совсем другие. Они за всю жизнь по три книжки прочитали и теперь всю информацию черпают друг от друга, они даже телевизор не смотрят, я как-то хотела поговорить о новом фильме Альмодовара, так никто из них его не видел, и имени такого они не слышали. Мы, конечно, болтаем о детях, о прислуге, о тряпках, но мне это скучно, понимаете? - с отчаянием воскликнула Нора.