Соавторы

Конечно, по другим видам преступлений и цифры совсем иные, там иная латентность и иная раскрываемость, но общая идея остается. По статистическим данным мы можем судить только о выявленных преступниках и не имеем права распространять полученные выводы на весь массив.

В кабинете начальника кафедры уголовного права, где заседала комиссия, повисла пауза, правда, недолгая, но и не добрая.

- Можете быть свободны, - сухо произнес профессор-председатель. - Подождите в коридоре. Вы, кажется, последняя? Больше никого нет?

- Нет. Спасибо, - пробормотала Настя и выскользнула за дверь.

Их было четверо - один следователь, два работника центрального аппарата министерства и она, Настя Каменская, - четверо соискателей, которые сдавали сегодня кандидатский экзамен по уголовному праву и криминологии. Трое ""отстрелявшихся"" раньше дружно вскинули на нее глаза: дескать, ну как, порядок? Она молча покачала головой.

- Что, совсем хреново? - сочувственно спросил молодой парень в кителе с петлицами следователя. - Ни на один вопрос не ответила?

- Ответила, - вздохнула Настя. - Но им мои ответы не понравились."

"- Да брось ты, - ободряюще заговорил один из министерских аппаратчиков, - знаешь, как говорится, нравится - не нравится, спи, моя красавица. Главное, что ты отвечала. А если они не согласны, так это их проблемы, ты имеешь право на собственную позицию. Помнишь, как в одном кино говорили: ляпай уверенно, тогда это называется точкой зрения. Ты говорила-то уверенно или мямлила?

- Не знаю… Кажется, мямлила. Себя же не слышишь со стороны.

- Если мямлила, тогда плохо, - вступил второй аппаратчик. - По собственному опыту знаю: если докладываешь уверенным тоном, то начальству любую туфту можно втереть. А если интеллигентничаешь, то самая правильная идея не проходит. Ну-ка я послушаю, чего они там обсуждают.

Он легко отстранил Настю, отодвинув ее к противоположной стене коридора, и прильнул ухом к двери. Через несколько секунд он, не поворачивая головы, махнул рукой в сторону своего коллеги из министерства и растопырил четыре пальца.

- Мне ""хорошо"" поставили, - радостно улыбнулся тот. - Пронесло. В праве я еще так-сяк, ориентируюсь, а в криминологии ни бум-бум.

Следующим жестом, выразившимся в хлопанье себя по груди и растопыривании тех же четырех пальцев, любитель подслушивать возвестил о своей оценке. Через несколько минут соискатели узнали, что молодой следователь получил ""отлично"". А дальше дело застопорилось… Аппаратчик хмурил брови, потирал затекшую в неудобном положении шею, шевелил губами, но руку с растопыренными пальцами все не поднимал. Наконец он отлип от заветной двери и подошел поближе к остальным.

- Чего ты им наговорила? - с любопытством разглядывая Настю, спросил он. - Какую крамолу?

- Почему крамолу? - растерялась она.