Соавторы

Коротков, настоящий мужик и преданный друг, попытался прикрыть грудью амбразуру.

- Вячеслав Михайлович, это я принял решение. Каменская только поделилась со мной своими соображениями, а решение принимал я.

- И каковы же эти соображения, я могу узнать?

Юра покосился на Настю. Она набрала в грудь побольше воздуха и нырнула в омут неизбежного объяснения с начальником.

- Убитая была домработницей очень известного человека…

Она знала, чем брать Афоню. Полковник был тщеславен до неприличия и всеми силами стремился обеспечить раскрытие любого убийства, привлекающего хотя бы маломальское внимание прессы. Была бы его воля, он бы работал только по тем делам, о которых пишут в газетах и рассказывают по телевидению. Несколько раз у него брали интервью, и однажды ему даже удалось мелькнуть на телеэкране. То были звездные часы в служебной деятельности полковника Афанасьева.

О происшествии в квартире одного из ""Богуславских"" напишут обязательно, и к гадалке не ходи. К тому же, как выяснилось в процессе разговора, Афанасьев, в отличие от Насти и Короткова, книги Василия Богуславского в свободное время почитывал, и не без удовольствия, а уж о степени популярности и раскрученное™ проекта был осведомлен в полной мере. Настя не стала скрывать от начальника и свою встречу с Екатериной Сергеевной, и ее опасения по поводу того, что у Богданова есть и тайны, и враги, так что убийство домработницы известного писателя может привести к громким разоблачениям неблаговидного поведения самого писателя.

- Ох, Каменская, - покачал головой полковник, - сколько ж с тобой проблем… Вроде ты и умная баба, и дело знаешь, а рядом с тобой чувствуешь себя как на пороховой бочке. Скорее бы ты на пенсию ушла.

- Потерпите, уже недолго осталось, - зло бросила Настя, выходя из кабинета вслед за Коротковым.

У себя в кабинете она, как и во все предыдущие дни, поставила на стол рядом с телефоном деревянного дедка, прищурилась, скептически посмотрела на него:

- Что, старый, все идешь? И меня с собой зовешь?

Куда зовешь-то? В старческое безделье? Это тебя Афоня подговорил меня побыстрее на пенсию выпроводить? Не дождетесь!

Вот именно: не дождетесь! Афоня мечтает поскорее избавиться от нее? Ничего, у нее еще есть время, и за это время нервы Настя ему успеет потрепать. Не специально, конечно, не нарочно, просто она будет делать то, что считает нужным и правильным, и отчаянно отстаивать свою точку зрения, а Афоня пусть как хочет. Уволить ее он не может, никто не позволит ему увольнять оперативника с таким стажем, как у Каменской, если этот оперативник не алкоголик и не совершил преступления. Не нравится работать с бывшей однокурсницей - никто не держит, пусть сам уходит.