Соавторы

Проснулась резко и в полном объеме.

Мужчину нельзя, да и не нужно уважать. Его нужно использовать. А если он не позволяет использовать себя так, как хочет женщина, его можно и нужно унижать, растаптывая его достоинство. Просто бросить - глупо, из него нужно выжать все до конца, но при этом не позволять ему манипулировать собой. Как держать в узде мужика, который считает, что ему все можно, потому что он тебя купил?

Ответ пришел сам собой. Во время следующего свидания Лена со вздохом заметила, что в последнее время что-то слабоват стал ее возлюбленный.

- Да? - озабоченно переспросил тот. - Наверное, я сегодня на банкете виски перебрал.

- Да нет, милый, это не только сегодня, это уже давно. Я молчала, не хотела тебя расстраивать, тоже надеялась, что это случайно, что ты устал. Но количество случайностей переросло в закономерность.

- Так тебе что, было плохо? - все еще не веря, спросил спонсор.

- Плохо, - снова вздохнула она. - Вернее, мне было никак. Я ничего почувствовать не успела.

Она лгала, она много чего успела почувствовать, но ведь не проверишь…

Давление было организовано планомерное и продуманное. Спонсор давал все больше денег, чтобы компенсировать сексуальные неудачи, которые почему-то не сменялись удачами, а становились все глубже и очевиднее, и через три месяца превратился в полного импотента с расстроенной нервной системой и опустошенным кошельком.

Они расстались. Лена перевела дыхание, поняв, что больше не нужно притворяться и играть, не нужно никому угождать и ни под кого подстраиваться, не нужно ждать его с остывшим ужином, корячиться в постели и потом изображать неудовлетворенность. Свобода!

Через два дня в ее душе мать уступила место отцу."

"Лена чувствовала себя мерзкой, подлой, гадкой сволочью. За что она растоптала мужика? За то, что он вел себя так, как ведут себя все в его кругу? За то, что играл по общепринятым правилам? Он ведь предлагал жениться, а она отказалась. Так чего же она хотела?

Она дрянь и должна понести за это наказание. Лена нашла работу, воспользовалась любезным обещанием предыдущего начальника и получила от него блестящие рекомендации. Вставала в шесть утра, бегала по улицам в любую погоду, начала ходить в бассейн, перестала носить дорогие тряпки. И по всей квартире развесила бумажки с надписью: ""Так мне и надо"". Она видела себя в зеркале, осунувшуюся, с кругами под глазами, с отросшей и потерявшей форму стрижкой, с неухоженным лицом, и повторяла про себя: ""Так мне и надо"".

Постепенно муки совести стихали, Елена начала снижать физические нагрузки и готовиться к тому, чтобы заниматься карьерой. Новая работа была такой же, как и предыдущая, и, крутясь среди деловых людей, Лена имела возможность начать разбираться в московском бизнесе.