Соавторы

Обнаруженные в прихожей перчатки оказались под стать курткам и платкам: среди дорогих изделий из лайки затесались шерстяные с дырками на кончиках пальцев и дешевые, из плохо выделанной кожи. Размер, как и в случае с обувью, совпадал. Такую же картину Настя обнаружила и в ванной. Разумеется, переезжая к мужу, Елена забрала свою косметику, но баночки, тюбики и флаконы, в которых оставалось еще чуть-чуть содержимого, оставила. Наверное, купила себе новые. Среди этих баночек и флакончиков с названиями дорогих фирм, таких, как ""Ля Мер"", ""Герлен"", ""Мавала"", ""Кларанс"", нашли себе место и совсем копеечные кремы и лосьоны. Как они здесь оказались? Кто ими пользовался? Елена? Или опять же не она?

Теперь осмотрим кухню. Мебель дорогая, итальянская, деревянная. С посудой - полный разнобой. В одном шкафу стоит веджвудский столовый сервиз на двенадцать персон, такой стоит тысяч семь-восемь, если в условных единицах. А в соседнем шкафчике-сушилке над мойкой - посуда явно повседневного пользования, тарелки и блюдца стояли в ""сетке"", чтобы стекала вода, чашки - над ними, на сетчатой полке, вверх донышком.

Часть тарелок и чашек - из мейсенского чайного сервиза ручной работы, другая же часть являет собой простые ""офисные"" чашки-бокалы и простенькие тарелочки.

Из кухни Настя перешла в спальню. Она даже не удивилась, найдя в шкафу аккуратно сложенные комплекты постельного белья, среди которых наряду с дорогими английскими и французскими, сатиновыми, с жаккардовой отделкой или ручной вышивкой, лежали дешевые турецкие и китайские. В большом шкафу висели на плечиках несколько блузок и трикотажные костюмы и джемпера, все остальное хозяйка, похоже, успела перевезти в новое жилище. Полки же, помимо постельного белья, оказались заняты теплыми вещами: свитера, кардиганы, шали. До них очередь должна была дойти к концу осени.

Настя аккуратно стала вытаскивать белье и вещи по очереди из каждой полки и складывать на широкую, тщательно застеленную кровать. Почему-то люди любят прятать то, что не предназначено для посторонних глаз, именно на таких полках, под вещами. Она даже не заметила, как следователь подошел к спальне и встал на пороге, наблюдая за ее действиями, просто вынимала очередную вещь, расправляла, ощупывала, складывала на кровать, вынимала следующую… Она делала все это машинально, глубоко задумавшись, и очнулась только тогда, когда поняла, что складывает не свитер и не шаль, а нечто гораздо более тонкое. Майка. Обыкновенная майка, белая, с короткими рукавами и незамысловатым рисунком. Еще одна майка. И еще одна, на этот раз черная."

"И еще одна, голубая со смешной кошачьей мордочкой на спине.